Книга Переписать сюжет. Книга 1, страница 96 – Мария Архангельская

— Гореть этим Меям в Диюе без перерождения…

— А они-то тут при чём? — удивился Синь Гуйфэн. — Это их беда. Теперь им ночную охоту организовывать, и хорошо, если без жертв в клане обойдётся. Я бы на их месте всё-таки не стал бы чиниться и принял помощь. В таких условиях это никому не зазорно.

— Шисюн, тут дело не в гордости, — с безрадостной усмешкой покачал головой Линьсюань. — Шисюн Ли верно заметил, что неоткуда в Фэнчэне взяться лютым мертвецам в таком количестве. Но они всё же взялись. Это не случайность.

— Что шиди имеет в виду?

— А то, что за это нашествие следует благодарить самих же Меев. Наверняка, это они сами заигрались, вот и выпустили в мир эту напасть. И они не захотят, чтобы об этом стало известно.

Оба заклинателя уставились на него. Потом Ли Ломин закатил глаза и вздохнул.

— Шиди, не… преувеличивай. Уж не хочешь ли ты сказать, что Мэи начали баловаться Тёмным Путём?

— Судя по масштабам последствий, словом «баловаться» это уже не назовёшь.

— Правда, не выдумывай, — вмешался Синь Гуйфэн. — Я тоже не самого высокого мнения о Мэях, но это уж слишком. Можно, конечно, предположить, что они замучили десяток-другой человек так, что те умерли с жаждой мести в сердце. Но чтобы опытные заклинатели не заметили перерождения в лютых мертвецов и не приняли меры? Да они должны были подумать обо всём заранее, ещё до смерти этих бедняг!

— Если они не хотели появления лютых, то конечно. А если перерождение бедняг и было их целью?

— Зачем?!

— Затем, что лютые мертвецы, если научиться ими управлять — прекрасное оружие.

На этот раз оба собеседника Линьсюаня явно с большим трудом удержались, чтобы не покрутить пальцами у виска.

— На того, кто попробует использовать мертвецов как оружие, ополчатся все заклинатели без исключения, — сказал Ли Ломин. — Они не самоубийцы.

— Я бы заключил с вами пари, но, к сожалению, нам будет весьма сложно узнать, кто выиграл, во всяком случае, в ближайшие годы. Так что останемся каждый при своём мнении.

На самом деле, Линьсюань знал, что говорил. Нет предела человеческой жестокости, подлости и жажде власти, и нынешний глава клана Мэй Цзыдянь действительно с головой вляпался в учение Тёмного пути, пытаясь найти способы использовать тёмных тварей в своих интересах. Да, он не собирался уничтожать конкурирующие с ним ордена и кланы, во всяком случае, без крайней на то необходимости… Но вот сделать их контролируемыми, в том числе с помощью тщательно организованных несчастий, его чувству прекрасного никак не противоречило.

Однако известно об этом широкой общественности стало лишь после падения клана Мэй. А до того — кто посмеет открыто обвинить могущественный, уважаемый клан? Даже если о чём-то таком и догадывается. Реакция обоих шисюнов ясно показывала, как к подобным обвинениям отнесутся заклинатели, придерживающиеся праведного Пути. Во всяком случае, без железобетонных доказательств.

А ведь это происходит прямо сейчас, думал Линьсюань, возвращаясь к себе. Прямо сейчас заклинатели клана Мэй по приказу своего главы втайне скармливают людей тьме, стремясь получить новое, совершенное оружие. Чем было уничтожение той деревни — несчастным случаем, пробой сил или уже спланированной акцией? Хотя последнее вряд ли — кого нужно запугивать или уничтожать рядом со своей же столицей?