Книга Переписать сюжет. Книга 1, страница 41 – Мария Архангельская

— Шуйсянь немедленно присоединиться к нам, когда переоденется и приведёт себя в должный вид, — сообщила вернувшаяся Чжэньхуа. — Мастер Хэн, ей так повезло, что вы выбрали её! Мы ей завидуем.

Остальные закивали. Линьсюань усмехнулся столь неприкрытой лести, но комментировать не стал. Щебетание девушек прервала подобравшаяся к их столику хозяйка, которая, глядя на своих подчинённых подозрительным взглядом, осведомилась, не вызвали ли её девочки недовольства дорогого гостя.

— Нет, нет, они прекрасные девушки, — быстро сказал не желавший никому неприятностей Линьсюань. — Просто телу этого заклинателя после перенесённого недомогания требуется, чтобы в весенней битве у его противницы была сильная ци. А сильная ци даётся физическими упражнениями.

— А! — с облегчением закивала только что выдуманному объяснению хозяйка. — Конечно, конечно! Надеюсь, теперь у вас всё хорошо?

— Хорошо, а когда восстановлюсь полностью, будет просто отлично.

— Желаю вам здравия и долгих лет, мастер Хэн! А если ци одной девушки будет недостаточно, вы только мигните. Уж старая Матушка Гу подыщет вам тех, что покрепче!

Линьсюань с улыбкой пообещал иметь в виду. Матушка Гу наконец убралась, напоследок ещё раз сделав девицам страшные глаза, видимо, для острастки. А через несколько минут появилась и Шуйсянь. Она действительно переоделась в зелёное платье с белым поясом и, похоже, заново накрасилась. Во всяком случае, щёки у неё казались куда румянее, чем во время танца.

— Господин бессмертный желал меня видеть? — присев в чём-то, до смешного напоминающем книксен, спросила она тоненьким голоском.

— Верно. Господин бессмертный так впечатлён твоим танцем, что желает провести эту ночь с тобой.

— О… — личико танцовщицы приобрело такое же удивлённое выражение, как и у троицы девушек. Неужели до сих пор не находилось никого, кто разделял его взгляды на женскую привлекательность, удивился Линьсюань. Или такого не ждали лично от него?

— Впрочем, — добавил он, — если вдруг у тебя сегодня болит голова, или ты устала, или день неподходящий… Я пойму.

— Нет, — удивление сошло с напоминающего сердечко личика, и Шуйсянь заулыбалась, — нет, что вы! Это такая честь для ничтожной, что она не сразу поверила своему счастью.

**Цзе — последний правитель легендарной династии Ся, по традиционным представлениям правившей в 2070–1765 гг. до н. э. Чжоу Синь — последний правитель династии Шан (1600–1046 гг. до н. э.). Оба считаются деспотами, из-за своих злодеяний утратившими Небесный Мандат на правление.

Доу Сюя Линьсюань отыскал на одной из тренировочных площадок. Остановившись в некотором отдалении, он молча обозрел открывшееся ему зрелище. Зрелище, надо сказать, было впечатляющим. Мечник, подобно цапле, стоял на одной ноге на врытом в землю столбе примерно полутора метров высотой. Впрочем, местные бы сказали — около пяти чи* высотой. Вторая нога Доу Сюя была вытянута назад, словно он исполнял неизвестную здесь танцевальную фигуру «арабеск». В обеих руках Сюй держал перед собой обнажённый меч, так что нога, туловище и руки с мечом представляли собой одну, слегка вогнутую линию.

— Пришёл, шисюн? — не меняя позы, поинтересовался Доу Сюй.

— Как видишь, — в тон ему отозвался Линьсюань.

Невдалеке от них группа учеников практиковались в стрельбе из лука. Линьсюань рассеянно посмотрел на них. Совершенствоваться можно разными методами: стрельба из лука, помимо меткости и крепости рук, развивает сосредоточение и умение контролировать себя. Как, впрочем, и все прочие физические дисциплины. Если для просто благородного человека сохранение спокойствия и умение держать себя в руках было вопросом хорошего тона, то для заклинателя, увы — вопросом самосохранения. Накопление ци сверх обычно дарованного человеку давало массу преимуществ и один большой недостаток: в случае потери душевного равновесия она выходила из-под контроля и начинала вредить своему носителю. Что Линьсюань и испытал на себе в первый же день, как сюда попал. Что интересно, физические повреждения такого эффекта не оказывали.