Книга Сосна зимой, страница 99 – Мария Архангельская

И потому после обеда состоялось совещание по вопросу, как сделать так, чтобы не воевать на два фронта. В кои-то веки мои советники были со мной полностью солидарны. Сошлись на том, чтобы попытаться уговорить юго-восточных варваров создать угрозу для южных границ соседей, или хотя бы обозначить возможность таковой, благо у наших купцов уже были налажены в тех краях неплохие связи. К тому же Гюэ Кей пообещал устроить небольшую бучу при южном дворе. Большую едва ли получится, но, чтобы отвлечь от завоевательных планов, должно хватить.

Жизнь продолжалась. Армия выступила в поход, сопровождаемая противоречивыми знамениями. Гадатели так и не смогли прийти к общему мнению: не то мы победим, но с большими потерями, не то проиграем, но сумеем нанести степнякам такой урон, что они уберутся сами, не то и вовсе обе стороны устанут бодаться и разойдутся до следующего раза. Вроде как для армии должно быть плохо, но не совсем катастрофа, вроде как у врагов удача, но цели они не достигнут… Словом, если б речь шла о завоевательном походе, то все бы грудью встали за то, чтобы отменить его или хотя бы перенести. Но сейчас выбирать не приходилось.

У меня, впрочем, особой веры в знамения не было. Когда Тайрен отправлялся в свой последний поход, звёзды сулили Северу великую удачу, а что на деле оказалось? Это потом уже задним числом вспомнили, что где-то там родилась двухголовая лошадь, обвалилась древняя пагода, да и день для выступления был не самый благоприятный. Так и теперь можно не сомневаться, что в будущем толкования небесных знаков и трещин на черепашьих панцирях подгонят под любой исход.

Атмосфера в столице была несколько нервозная, но всё же оставалась достаточно спокойной – набеги на северо-западные границы были злом достаточно привычным, а вот до столицы степняки доходили всего дважды, и в первый раз ещё при первом или втором императоре Севера, когда оба новообразованных государства были слишком слабы после длительной войны всех со всеми. Так что повторения начала прошлого царствования никто всерьёз не ждал. Мне доложили, что в окрестностях и в Таюне появились беженцы, но единицы – всё же слишком мало времени прошло, и налётчики не успели напугать большую часть населения, а та часть, что уже была напугана, ещё не успела далеко сбежать от театра военных действий. Видимо, это были те, кто поспешили убраться заранее, и к тому же сумели добыть у властей пропуска через внутренние заставы. Но и эти единицы вынудили меня задуматься и выпустить указ, чтобы бегущим от войны препятствий при пересечении границ уездов и областей не чинили, а принимали и занимали работами. А то ведь бывали случаи, когда заставы перед бегущими запирались, а тех, кто сумел просочиться мимо дорог ловили и выпихивали обратно. Не каждый раз, но желающие проявить ретивость и поставить букву закона перед здравым смыслом всегда найдутся.

Честно говоря, я вообще думала отменить это прикрепление к земле, но стоило об этом заикнуться, как даже ближние советники тут же подняли вой, что подлые людишки, дай им волю, разбегутся, поля обрабатывать станет некому, и землевладельцы пойдут по миру. Язык чесался предложить этим землевладельцам попробовать обращаться со своими людьми так, чтобы тем не хотелось сбежать, но я сдержалась и почла за благо уступить. Не всё сразу, пусть сперва аристократия выдохнет после общих экзаменов. Слишком много преобразований сразу и правда могут оказаться опасными – не для страны, для меня. Впрочем, как следствие, и для страны тоже – те, кто придут мне на смену, к гадателям не ходи, похерят все мои начинания.