Книга Сосна зимой, страница 72 – Мария Архангельская

— Если мастера сразу видят, тогда и состязаться не нужно. Они и так скажут, кто лучше.

— Вот вечно ты всё испортишь!

— Ох, Хиотар, не лезь маме на живот! – прикрикнула я. – Маме больно!

Лиутар подхватила сестрёнку и стащила её с постели. Младшенькая захлопала глазами, но, видимо, всерьёз мои слова не приняла и через некоторое время снова попыталась забраться ко мне на кровать. Пришлось и её отвлекать конфетами.

Зря я пошла на поводу у гуна Вэня и решила разделить поединщиков на знатных и незнатных, подумалось мне. Да, местная традиция предписывает проводить между ними чёткую границу, но ведь именно это я и планировала – сделать её более проницаемой. В следующий раз, а я уже не сомневалась, что следующий раз будет, вон как Ючжитар горит, пусть состязаются честно, невзирая на лица и происхождение. Люди не режут себе ноги, чтобы влезть в тесную обувь, гласит пословица, из правил можно и нужно делать исключения. А если кому-то из благородных претит мысль проиграть простолюдину, путь не выходит на арену, дело сугубо добровольное.

— Матушка, мы ведь устроим состязания ещё раз?

— Обязательно, – рассеянно кивнула я. – Как-нибудь обязательно устроим.

Южные горы высокие в далях,

Скатов, покрытых деревьями, синь...

О, почему вы неправедным стали,

Царский наставник, великий Инь?

Небо нам мор посылает снова,

Ширится смута, и сколько бед!

И не услышишь отрадного слова,

В вас же нисколько раскаянья нет!

Ши цзин (II, IV, 7)

Рана, нанесённая несостоявшимся убийцей, заживала три недели. Могла бы быстрее, но несмотря на все усилия, она всё-таки воспалилась и пришлось её вскрывать и удалять гной. Было ещё больнее, чем в первый раз, я постанывала, но терпела, а после Гань Лу выразил восхищение моей выдержкой. Я, как всегда, живо интересовалась составом заживляющих мазей, которые он мне прописал, но уже знавший этот мой пунктик лекарь и не пытался подсунуть мне какую-нибудь гадость, вроде окиси меди или чьего-нибудь помёта. Ну а растительные компоненты, вроде облепихового масла, сока сирени и алоэ вреда причинить были не должны.

Ещё я со вздохом согласилась съесть олений рог, растёртый с мёдом – для общего укрепления сил, как мне объяснили. Уж очень упрашивали.

Но несмотря на длительность лечения, к Новому году я была как огурчик, если не считать того, что на животе появился длинный шрам и лекари просили быть поосторожнее в движениях. Но спортом я здесь так и так не занималась, тяжестей не поднимала, так что особо за себя не опасалась. Разве что Хиотар немного обижалась, почему мама при редких встречах не берёт её на ручки.

По поводу покушения, разумеется, было проведено следствие, которое мало что дало. Первым делом задержали остальных финалистов третьего дня (и выпустили на пир под клятвенное обещание не пытаться бежать из столицы), но никаких свидетельств их причастности к покушению не нашлось, и я велела их отпустить. Более того, Хао Юнси было сделано предложение о поступлении в императорскую гвардию Нетупящихся мечей, но он, рассыпаясь в благодарностях за оказанную честь, попросил об отсрочке: его больная мать нуждалась в уходе, а он был её единственным сыном. Причина более чем почтенная, так что отсрочка на неопределённый срок ему была с готовностью предоставлена.