Онлайн книга «Утренний Всадник»
|
Больше она в этот вечер в гридницу не вышла и улеглась спать, сердитая и обиженная. Лежа на лавке и натянув мягкое соболье одеяло – подарок Гневушиной боярыни – до самого затылка, она упрямо сжимала веки, пытаясь заснуть, но снизу из гридницы еще долго неслись голоса и выкрики шумного говора. Наконец внизу все затихло, Смеяна начала дремать. В тишине было ясно слышно, как кто-то поскребся в дверь горницы. Смеяна вскинула голову; в дверь легонько стукнули. Нет, не послышалось. Торопясь, пока не проснулись боярышни, Смеяна соскользнула с лавки и открыла дверь. В верхних сенях стоял Баян, почти не видный в темноте. — Ты чего Полуночником бродишь? – сердито шепнула Смеяна. Почему-то она ждала совсем другого и рассердилась на Баяна за обманутое ожидание. – От удали не спится? Глянув поверх ее головы на лежанку девушек, Баян взял Смеяну за руки, вытащил в верхние сени и закрыл за ней дверь горницы. — Ты, Солнечная Дева! – без особой нежности зашипел он. – Иди, поговори с ним! Он заснуть не может. Я-то его знаю: так теперь до утра просидит, а днем злой будет, как тыща игрецов! С ним такое раньше бывало, а теперь опять! Я как увидел, меня аж замутило! Как будто Звенила вернулась, волк ее ешь! — Чего с ним? – не поняла Смеяна. — После рарогов началось. Чего-то он там… не то думает. А тут ты еще… Баян задумчиво потер кончик носа и посмотрел на Смеяну. Ее желтые глаза мягко светились в темных сенях. — Чего он думает? – подозрительно спросила она. — Ну ты же его знаешь… – Баян, несмотря на известное легкомыслие и бесстыдство, сейчас чего-то не решался сказать. – Ревнует, что ли? — Кого? — Лешачью бабушку! Ну тебя, рыжую, кого же еще? — И к кому же? – притворно фыркнула Смеяна, скрывая беспокойство. – Не к тебе ли, черному? — Ко мне – уже дело прошлое, я уж отказался и поклялся. А вот… — Чего? – изумленно перебила Смеяна и вцепилась в плечо Баяна, чтобы он как-нибудь не вздумал сбежать от ответа. – Чего ты отказался и поклялся? — А того! – грубовато ответил Баян. – Лучше уж тебе знать, чего уж там, раз мы теперь навек неразлучны, как Небесные Братья. Он у меня один, и я у него один, и лучше я сам себе горло перережу, чем из-за девки с ним поссорюсь. Ты ему нужна – я ему еще тогда, зимой, нашим отцом поклялся, что буду тебе братом. И все. Чего я там раньше думал, пока мы с тобой на пару воду носили, – это дело прошлое, померло и сгорело. Мне удачи своей хватит, а ему ты нужна… Так что ко мне он не ревнует. Он мне верит. А вот Боримир этот, морок лешачий… Смеяна молчала, не зная, как ко всему этому отнестись. Ее обидело, что два брата решили ее судьбу, не спросив ее желания на этот счет, но она и сама давно привыкла к Баяну как к брату. Она привыкла к их странному содружеству, где каждый уравновешивал двух других, но глубинное чувство ей подсказывало, что такое равновесие не будет вечным. Она знала, что Держимир давно разглядел в вещей деве просто девушку и она нравилась ему, несмотря на несходство с образом красавицы. — Ох и дурные же князья мне попадаются! – печально протянула Смеяна. – Один весенней тоской болен, другой… не знаю чем. Дурью упрямой! — Иди, узнай! – Баян подтолкнул ее к лестнице. – Он там один сидит. Так и будет до утра сидеть, я его знаю. Велу своей тоской кормить… |