Книга Кровавый пир, страница 37 – Го Цзинмин

— Ты сказала, что внушение будет действовать крайне ограниченное время. Что если мы не успеем пробраться, а зверь придет в себя? Я не горю желанием нырять в ту зловонную кучу кишок. – План Ляньцюань все еще вызывал у Юхуа сомнения.

— Даже тогда у нас все еще будет последняя защита – Подол богини Инь Чэня. – Взгляд Ляньцюань обратился к Седьмому князю. – Если мое внушение перестанет действовать и Благословение уловит приближающуюся, но слабую духовную силу, он ответит ленивой атакой, все равно что тигр, пытающийся прихлопнуть комара. Пусть он и является одним из четырех великих зверей древности, Подола богини должно хватить, чтобы выдержать такую атаку. А когда она провалится, зверь лишь сильнее поверит в то, что духовная сила, которую он почувствовал, – просто обманчивое ощущение.

Помолчав какое-то время, Инь Чэнь легонько кивнул, однако по его напряженному виду стало понятно, что особой уверенности в успехе у него не было.

— Но еще необходимо заметить: сдерживать духовную силу вовсе не просто. Когда тело мастера духа оказывается в непривычной ситуации, сила инстинктивно высвобождается для защиты… Быстрая смена давления и потеря равновесия во время падения с высоты могут привести нашу энергию в крайне нестабильное состояние, поэтому следует потренироваться…

— Легко сказать, но как это сделать? Отправимся прыгать с крыши? – раздраженно огрызнулась принцесса.

— Не переживай, Юхуа, у нас наверняка получится! Завтра же мы с тобой возьмемся за прыжки! – Чтобы стереть тревогу с лиц остальных, Ци Лин вскочил со стула и, горя абсолютной уверенностью, похлопал себя по груди: – Непременно сможем, Юхуа!

С этими словами он прошагал к окну и выглянул наружу – совещательный зал располагался на четвертом этаже. Смотря на крохотную скульптуру фонтана под ногами, он повернулся обратно и с неловкой улыбкой, чуть трусливо добавил:

— Начнем со второго!

Западная империя Асланд, пещера Нинсин

Над заснеженной равниной в темно-голубом вечернем небе висел почти полный диск луны.

Меж скал ледяной теснины гуляли суровые ветра, полные колючих осколков льда. Крайняя северная земля уже давно не принимала гостей, и ее толстые сугробы напоминали свежерасстеленное ватное одеяло без следа человеческих ног. В этом запустелом, находящемся на краю мира месте не было ни намека на тепло или жизнь.

Внезапно из черной дыры – той, что находилась на соединении ледяных скал, – донесся тихий звук шагов.

У мрачного входа, с потолка каменной пещеры, словно жуткие клыки монстра, свисали вниз острые ледяные сосульки, источающие густой мороз. Вот только холод внутри пещеры совершенно отличался от того, что царил снаружи: чем глубже уводили вглубь древние ступени, тем сильнее ощущалась влага с духотой.

Внутри пещеру Нинсин усыпали трупы. Разбрызганная по ледяным стенам и ступеням из камня вязкая кровь успела к этому моменту постепенно замерзнуть.

Практически неподвижный воздух наполняла тошнотворная сладость – запах крови и внутренностей.

Две босые детские ступни, неторопливо перешагивая раздробленные останки, направлялись к свету наверху пещеры.

Они поднимались по каменной лестнице, воздух вокруг постепенно оживал, душная сырая вонь рассеивалась. Мальчик тихонько вдохнул посвежевший воздух, и уголки его рта приподнялись в улыбке.