Книга Бракованная невеста. Академия драконов, страница 137 – Анастасия Милославская

У меня перехватило дыхание на мгновение. Много раз я размышляла о том, откуда появилась моя драконица? Но Вирендиония сама не знала. Её память либо была кристально чиста, либо воспоминания были зарыты настолько глубоко в её сознании, что достать их вышло лишь однажды случайно, когда я увидела в видении её и деда.

Я нахмурилась, сглотнув вставший в горле ком:

— Нет, я не знала, что такое возможно. Вы хотите забрать у меня Вирендионию?

Император молчал какое-то время, а затем размеренно произнёс:

— Я не думал об этом. Мне интересно просто наблюдать за вами. Особенно я жду, когда вы сольётесь. Это ведь возможно? Знаешь, Эвелин, Генри был великим учёным, но в какой-то момент свернул не туда. Поверил в собственную уникальность. Весь род Лоусонов будто преследует злой рок. Ведь твой отец тоже умер в относительно молодом возрасте. Это случилось во дворце. Мы говорили с ним, потом он вышел и… знаешь, как оно бывает? Смерть приходит внезапно. Ты ведь не хочешь, чтобы это коснулся и тебя? Или ты тоже веришь в собственную уникальность?

Я выпрямила спину, не мигая глядя в хищное драконье лицо. Он — первое лицо империи, всесильный и всемогущий — угрожал мне… слабой и беззащитной. Я не тешила себя иллюзией, что семья Сальваторе смогут меня защитить от него.

Никто не сможет.

От этого кольнуло острой иглой где-то под рёбрами.

— Я дочь своей матери. Да, я благодарна деду за шанс на другую жизнь, но я не принадлежу к Лоусонам. Разве что наполовину по крови. — разлепив пересохшие губы ответила я. — Я простая девушка из Канавы. И всегда ею буду.

Морщины на лице императора разгладились. Он улыбнулся, потянув уголок губы в верх:

— Ты хорошая девочка, Эвелин. Если сможешь стать одной из нас — полноценной драконицей — то выйдешь замуж за наследника Сальваторе. Если же не выйдет… не думаю, что семье Сальваторе будет нужно пачкаться об эту грязь. Ты ведь понимаешь? Вырожденцам среди драконов не место.

— Но закон… — нахмурилась я. — Как вы избавите нас от исполнения завещания? Лишите Сальваторе всех их денег? А меня наследства деда?

— Я могу изменить что угодно в империи. Одно лишь моё слово. Что мне какое-то завещание? Я могу карать и миловать одним взмахом руки.

— Понимаю, — почти прошептала я.

— А теперь иди, Эвелин. Думаю, мы ещё встретимся. И помни — знать своё место важно для выживания.

Я встала и поклонилась так низко, как только могла.

И только оказавшись за дверью и пройдя несколько коридоров академии с прямой спиной и невозмутимым взглядом, я прижилась спиной к стене и почувствовала, как меня трясёт от пережитого.

Император что-то затевает.

Он позвал меня, чтобы проверить? Но что он может знать? Что может подозревать? Я понимала, что нужно рассказать всё семье Сальваторе, но мне не хотелось доверять сейчас свои переживания вообще никому. Не хотелось в таком уязвимом состоянии показываться перед теми, кто тоже использует меня.

Я вышла во двор академии. Вокруг было ни души, первое испытание турнира должно было подходить к концу, адепты были на стадионе.

Интересно, как там Кристиан? Наверняка справился. Он со всем справляется. Я села на ступеньки, закрыла глаза и послала Вирендионии мысленный сигнал, что я не пострадала.

В ответ меня окутало теплом. Она во мне не сомневалась.