Книга Измена. Месть подают холодной, страница 65 – Рита Ардея

— Но даже под дурманом ты отказалась писать то проклятое письмо. У тебя словно проблеск случился. Я говорила тебе всякие патетические вещи, что ты должна отвергнуть Райдена, чтобы спасти, а ты, наоборот, написала ему целое любовное послание!

— Но до него оно не дошло.

— Конечно, я не могла допустить, чтобы ты такое ему отправила! Он бы тут же из Вайшны за тобой прилетел. Я запаниковала и подсунула тебе сразу тройную дозу, чтобы ты всё же написала то, что нужно. Но потом что-то страшное случилось, ты стала, как кукла. Тебя забрали в Ристайл, и ты шла, как овечка на бойню. Я даже думала, уже не оклемаешься. Но вот ты здесь, десять лет спустя, всё ещё мозолишь мне глаза. — она презрительно кривит губы. — Вся такая правильная и замужем, а сама с порога кинулась охмурять Райдена!

Руби делает плавный шаг в её сторону. Сейчас я близка к тому, чтобы позволить ей сделать из Тиоры фарш. Но всё же я задаю ещё один вопрос:

— Точно не помнишь никаких примет связного? Может, на нём были какие-то символы, знаки, амулеты? Или хотя бы на визитке?

— А, на ней был странный значок, — вспоминает эльфийка. — Горящий глаз или глаз в костре — что-то подобное. И всё. Даже никаких букв.

Слышу внезапный резкий вдох и оборачиваюсь. Побледневшая Руби прикладывает руку ко рту. Я хмурюсь.

— Ты в порядке?

— В полном. Просто… мне хорошо знаком этот символ.

— Око пламени, — говорит Руби. — Его во время драконьих войн использовали ристайленские отступники.

— Те, что были против мира и существования драконьего альянса? — вскидывает брови Веспула.

— Те, задницы которых Вилле знатно приморозила, когда создала свою стену на месте дыры в защите Академии, — кивает Руби.

— Но ведь… мир уже был заключён на момент, когда меня начали травить дурманом, — теряюсь я. — Вряд ли они сделали это из мести, но зачем борцам за чёткое разделение драконов по расам пихать меня в жёны огненному?

Мы грозно смотрим на Тиору, но в глазах её полное безразличие.

— Мне откуда знать? — фыркает эльфийка. — Он со мной планами не делился.

— А ты и не любопытствовала, — ехидно договаривает Руби. Тиора фыркает.

— Он пообещал, что Вилле заберут, а Райден достанется мне, больше меня ничего не интересовало. Но обманул же, гад! — тянет она почти жалобно. — Как только Вилле увезли, проклятая карточка перестала работать! Я пробовала подсыпать Райдену остатки красного порошка, но это было непросто: к себе он не пускал, а в столовой попробуй ещё незаметно добавить что-то в чашку! А в итоге — никакого эффекта.

— Наверное, ей так легко живётся, — бормочет Веспула. — Такая пустота в голове, гуляет ветерок… И только какая-то неуловимая тоска на душе напоминает, что там должен был быть мозг.

Больше от эльфийки ничего не добиться. Даже будучи с нами предельно откровенной, она не слишком-то хороший источник информации. Мы втроём озадаченно смотрим на Тиору, после чего Руби высказывает то, что вертится у всех на языке:

— А что нам теперь делать с ней? Не отпускать же?

Дверь ректорского кабинета распахивается, и оттуда невозмутимо выходит Райден. Бессонная ночь на нём мало сказалась: он всё так же безукоризнен.

— С вашего позволения, леди, — улыбается он. — Будучи вайшнийским дипломатом я имею право наложить арест на любого подданного своей страны. Несмотря на то, что по закону сведения, добытые под чарами правды, нельзя использовать в суде, я уверен, наша старая подруга в итоге захочет повторить свои показания уже без воздействия магии.