Книга Чайный дом драконьей леди, страница 133 – Рита Ардея

— Нет. Не лишай меня удовольствия любоваться каждым дюймом твоего тела.

— Я… — мой голос дрогнул. — Не совсем тебе соответствую…

Горячее дыхание герцога ожигало кожу.

— Если бы Богиня решила спуститься к нам, я уверен, она бы приняла твоё обличье, — шептал он, исследуя моё тело губами. — Каждый твой изгиб, каждая веснушка на плече шепчут: «Совершенство». Я лукавил, когда говорил, что у тебя есть шанс передумать. В момент, когда я понял, чего ты хочешь, я уже не мог тебя отпустить.

Касаясь моего лица, его пальцы говорили, что он принимает меня такой, какая я есть. Да, я не леди, а по меркам общества я не первая красавица. Но в глазах моего возлюбленного я была самой прекрасной, и он позволял прочувствовать это в полной мере. Если у меня оставались какие-то сомнения и страхи, их вмиг не стало.

Заставляя меня забыться в глубоком поцелуе, лаская шею, его губы твердили, что я самая желанная. Его взгляд ловил каждый мой вздох, каждое мимолётное движение, и бесконечно спрашивал: «Мне продолжать?»

И я без слов отвечала «да».

Сначала он был острожен, робея сделать больно, изучал меня, наблюдая за реакциями. Даже в таких вещах он оставался прирождённым джентльменом. Я же ощущала себя исследовательницей: касалась, целовала, прижималась, ища чувствительные места, заставляя его дыхание сбиваться.

Не знаю, что там у него бракованное по мнению Викуси, мой вердикт: всё у него хорошо… Даже очень. Даже слишком! Если честно, я представляла, что впервые всё должно быть больно. Не знаю, дело в магии, в особенностях этого мира или в чувствах, но я боли вообще не почувствовала.

Нет, я словила совсем другое ощущение.

Чувствуя в себя Феликса, я выгнулась, подаваясь ему навстречу, и в этот миг странное ощущение лёгкости и жара пронзило всё моё тело, сконцентрировалось в лопатках, и нас окружило золотое сияние. В моменте я даже не придала этому значение. Всё моё внимание, все чувства были сосредоточены на моём драконе. Весь мир исчез, растворился, потерял значимость.

Уже потом, когда я сдувала со лба волосы вперемешку с сеном, Феликс потянулся, оставляя на моих губах сладкий поцелуй, и прошептал:

— Поздравляю, любовь моя. Вот ты и обрела свои собственные крылья.

Я была слишком разомлевшей, чтобы адекватно воспринимать информацию, так что всю торжественность момента профукала и на слова Феликса лишь томно протянула:

— М-м?

Что стоило трактовать как: «Что ты имеешь в виду, дорогой?» Хорошо, что количество психологических книжек в памяти Феликса позволяло и без слов в достаточной мере понимать, что имеет в виду любимая женщина.

— Не верю, что леди-бабушка не упоминала этого, — прищурился Феликс. — Взаимный полюбовный союз дракона и златоглазой исключительно полезен для обоих, как для раскрытия сил, так и для обретения новых. Драконы от такого союза часто приобретают дар, если такового не имели ранее, а златоглазые — получают собственную драконью форму.

Ну точно! Запоздало, но я вспомнила, что подобное упоминали и Фира, и Неферет, и все в каком-то упадочном настроении.

— Это что же, я теперь… дракон? — ошарашенно уточнила я.

Мягко улыбнувшись, Феликс покачал головой.

— Это всё равно что сказать, что я теперь мастер заваривать чай. Драконом надо родиться. Ты же будешь заимствовать мою силу, пока жива наша любовь… ну и я, — добавил он и неловко кашлянул. — После смерти предыдущего короля леди-бабушка утратила способность обращаться.