Книга Кто любовь эту выдумал?, страница 32 – Ольга Дашкова

А потом я вижу, как Рома и Валерия выходят из зала. Они о чем-то серьезно разговаривают.

— Извини, Данил. Мне нужно отойти.

— Конечно! Ты не исчезнешь? Я хочу пригласить тебя на медленный танец.

— Не исчезну, – обещаю, хотя не уверена, что сдержу слово.

Иду к стене, где стоит Сима. У нее растрепанный вид после ссоры с Арсением, шляпа сбилась набок, а в глазах бушуют эмоции.

— Как дела? – спрашиваю.

— Ужасно! – взрывается Сима. – Этот идиот Арсений...

— Что он сделал на этот раз?

— Сказал при всех, что я ему нравлюсь! – Сима машет руками. – Представляешь? При всем зале!

— И что в этом плохого?

— Как что плохого?! – Сима смотрит на меня так, будто я сошла с ума. – Он издевается надо мной! Все теперь будут смеяться!

— Сима, а может быть, он говорил серьезно?

— Арсений Новиков? Серьезно? – фыркает она. – Майя, ты же его знаешь. Для него это очередная шутка. Завтра он будет рассказывать всем, как здорово разыграл толстушку Симу.

— Ты не толстая...

— Неважно! – отмахивается Сима. – Важно то, что он думает, будто может безнаказанно играть моими чувствами!

Смотрю на подругу и понимаю, что она боится. Боится поверить, боится, что ее обманут, боится показаться смешной. Знакомое чувство.

— А что, если он не играет? – осторожно спрашиваю.

— Тогда я съем свою шляпу, – отвечает Сима. – Майя, давай лучше о тебе. Как продвигается твой план показать всем, какая ты независимая?

— Нормально. Танцую, общаюсь, веселюсь.

— И как ты себя при этом чувствуешь?

Хороший вопрос. Как я себя чувствую? Пустой. Отстраненной. Как будто наблюдаю за своей жизнью со стороны.

— Прекрасно, – вру.

— Майя, ты худшая лгунья на свете, – качает головой Сима. – У тебя такое лицо, будто ты на собственных похоронах.

— Возможно, так и есть.

— Что значит – так и есть?

Оглядываю зал. Все танцуют, смеются, флиртуют. Жизнь бьет ключом. А я стою в стороне в костюме мертвеца и притворяюсь, что мне хорошо.

— Значит, старая Майя умерла. А новая еще не родилась.

— Майя, это же полный бред! – возмущается Сима. – Ты не умерла, ты просто прячешься!

— От чего?

— От жизни! От чувств! От возможности быть счастливой!

— А если я не хочу быть счастливой? Что, если мне проще быть мертвой?

— Ты серьезно?– Сима смотрит на меня с ужасом.

— Серьезнее некуда. Знаешь, как хорошо ничего не чувствовать? Не волноваться, не переживать, не надеяться? Просто существовать?

— Это не жизнь, Майя. Это...

— Выживание. И мне этого достаточно.

В этот момент ко мне подходит Платон в костюме ученого – белый халат, очки, растрепанные волосы.

— Майя, привет! – он застенчиво улыбается. – Не ожидал тебя здесь увидеть.

— Привет, Платон. Меня заставила прийти Сима.

— Я рада! – быстро говорит Сима. – Вы так редко расслабляетесь. Все учеба да учеба.

— А разве это плохо? – спрашивает Платон. – Зато мы впереди всех по подготовке к олимпиадам.

— Это правда, – соглашаюсь. – Кстати, ты решил те задачи по математике?

— Конечно! Хочешь, покажу завтра?

— Платон, – вмешивается Сима, – вы сейчас на дискотеке. Может, поговорим о чем-нибудь более... веселом?

— А о чем? – искренне удивляется он.

— О музыке, например,– Сима закатывает глаза.– Или о костюмах. Или просто потанцуйте!

— Потанцевать? – Платон смущается – Я не очень хорошо танцую...

— Научишься, – подмигивает Сима. – Майя, покажи ему пару движений.