Книга 100 килограмм На Двоих, страница 1 – Ольга Дашкова

Закат над Средиземным морем был того самого оттенка, который заставляет мужчин чувствовать себя королями, а женщин немного виноватыми за то, что они все еще одиноки.

Яхта «Элизиум» мягко покачивалась на волнах у побережья Сардинии. На верхней палубе, в зоне с белыми диванами и стеклянным столом, сидели двое мужчин.

Павел Макеев, сорока двух лет, растянулся в кресле, закинув загорелую руку с черной татуировкой-розой на предплечье за голову. Татуировка спускалась дальше, под закатанный рукав льняной рубашки, и заканчивалась где-то у ключицы. Густая темная щетина, чуть с проседью, делала его лицо жестче, чем оно было на самом деле.

Рядом, опираясь локтями о стол, сидел Тимофей Наумов сорока пяти лет. Холодный, точеный профиль, взгляд, от которого у молодых секретарш подкашивались коленки. Ни одной лишней морщинки, идеально уложенные темные волосы. Он крутил в пальцах бокал с виски, будто решал, стоит ли его выпить или просто разбить о палубу от скуки.

— Слушай, Паша, – медленно начал Тимофей, – мне уже сорок пять. Тебе чуть меньше. Мы оба в разводе. У меня – молоденькая Лика, у тебя – эта… как ее… Вика с силиконом. И что? Тебе не скучно?

Павел хмыкнул, не открывая глаз.

— Скучно – не то слово. Они все одинаковые. Как под копирку. Губы накачанные, сиськи тоже, как будто их только что из магазина принесли. Трахнешь ее, а она стонет по сценарию из порно, такое чувство что сунул резиновой кукле. Кончишь – она сразу в телефон кому-то строчить или сторис пилить. Я уже устал притворяться, что мне это нужно.

Тимофей кивнул. Его взгляд скользнул по горизонту, где солнце почти коснулось воды.

— Мне нужна настоящая женщина. Не кукла и даже фигура не имеет значение, нужны эмоции, а не их породия. Чтобы дрожало. Чтобы она краснела, когда я ей в ухо скажу, что хочу сделать с ее телом. Чтобы у нее были настоящие формы. Не эти вылизанные фитнес-жопы, а чтобы было мягко. Чтобы когда она сверху – накрывало волной.

Павел открыл один глаз и усмехнулся.

— Ты прям поэт сегодня, Тим. Но я тебя понял. Мне тоже надоели эти «идеальные». Хочется чего-то… живого. Горячего. Чтобы не боялась своего тела. Чтобы сама хотела, открытая, откровенная до того, что ей самой было бы стыдно за свои мысли.

В этот момент раздался громкий звон и треск.

На нижней палубе, прямо у лестницы, ведущей наверх, рухнула высокая пирамида из шампанских бокалов. Стекло разлетелось по полированному дереву, пена разлилась лужей. Официантка в панике присела, а виновница происшествия стояла посреди всего этого хаоса, прижимая руку к груди.

Женщина была именно такой, какой должна быть настоящая женщина в сорок два года, если жизнь ее не сломала, а просто сделала… роскошной, но она сама еще этого не поняла.

Длинные темные волосы волнами падали на плечи. Красивое лицо, с высокими скулами и полными губами, которые сейчас были приоткрыты от испуга. Ярко-зеленые глаза в которых сейчас была совсем нелегкая тревога.

На ней было светло-голубое платье облегающего кроя, то самое, которое она купила в Москве в последнюю минуту, решив, что «на курорте можно позволить себе». Платье сидело как вторая кожа, но Марина считала, что слишком тесно.

Тяжелая, полная грудь, едва помещалась в глубоком вырезе. Мягкий живот заметно округлился под тонкой тканью, и когда она наклонилась, чтобы помочь официантке, ткань натянулась, подчеркивая каждую складочку.