Книга Загадка этажа номер 12, страница 30 – Нин Ханъи

— Понимаю.

— Тогда зачем спрашиваешь?

— Но прошло уже два года. Тебе пора отпустить эту ситуацию. Да, расследование вел ты, но не твоя вина, что дело застопорилось. Уже даже начальник управления и командир о нем думать забыли. Зачем так цепляться? Будто именно ты должен его раскрыть.

— Потому что это мой долг. Я следователь по особо важным делам. Привлечь преступника к ответу – моя обязанность. Начальство занято другими делами, это расследование поручили мне. Пока убийца на свободе, мне не будет покоя.

— И что, постоянные посиделки в той квартире помогут раскрыть дело? Если бы там были улики, вы бы их уже обнаружили. Разве стали бы ждать до сих пор?

Тань Юн замолчал, потом пробормотал:

— Да… Я знаю. Если бы дело можно было раскрыть, это сделали бы давно. Но я просто… не могу смириться. Сам не понимаю почему, но меня тянет в тот жилой комплекс – все кажется, еще найду что-то. Когда Ли Сюэли только переехала и узнала, что купила «несчастливое» жилье, она была в ужасе. Увидев меня в форме, стала специально приглашать в гости, собирать соседей на ужины… Мне ее было жаль. Я подумал, что мое присутствие хотя бы вернет ей покой. Постепенно это вошло в привычку. Теперь они всегда зовут меня на свои посиделки. Как мне поступить? Если перестану ходить – это же будет знаком, что полиция махнула на все рукой. А убийца-то все еще на свободе… Скажи, разве ты могла бы спокойно жить в таком месте?

— Лао Тань, я знаю, у тебя доброе сердце. Ты думаешь: «Раз не поймал убийцу, то хотя бы своим присутствием дам жильцам этого комплекса чувство безопасности». Поэтому даже после работы или в выходные приходишь туда в форме. Но вы и так провели обстоятельное расследование, к тому же прошло уже два года. Разве продолжать копать не значит тратить силы впустую?

— Я же говорил – для меня это незаживающая рана. Пока ее не залечу, всегда буду одержим этим делом.

— Да когда же ты перестанешь биться головой о стену! – вспыхнула Доу Хуэй.

Тань Юн посмотрел на жену. Он колебался, но произнес:

— Есть кое-что, о чем я тебе не рассказывал.

— Что еще?

— Прежняя хозяйка… та самая старушка, сдававшая металлолом и макулатуру… Когда мы обнаружили тело в холодильнике, она умоляла нас с коллегами не разглашать, в какой именно квартире произошло убийство. Из жалости к ней я согласился. В итоге большинство так и не узнало правду. Старуха ловко всех провела, продала жилье, а Ли Сюэли, прие́зжая, угодила в ловушку.

Доу Хуэй начала понимать:

— Значит, ты считаешь, что она купила эту квартиру отчасти по твоей вине? Из-за угрызений совести ты и ходишь к Ли Сюэли, чтобы поддержать ее?

— Помогая той старушке, я косвенно подставил Ли Сюэли. – Тань Юн кивнул. – Конечно, мне не по себе. Хотя она до сих пор не в курсе, что я замешан в этой истории.

После двадцати с лишним лет совместной жизни Доу Хуэй знала: Тань – человек редкой душевной щедрости. На мгновение она растерялась, не найдя слов.

— Ладно, хватит об этом… Результаты недельного теста Яли уже известны? Как она справилась?

— Когда ее успехи вообще вызывали беспокойство? – фыркнула жена. – Снова первое место в параллели.

— Наша девочка – просто чудо. – Морщины на лбу Тана разгладились. – Никаких забот.

— Не совсем, – вдруг сказала Доу Хуэй.

— Что ты имеешь в виду?