Книга Ванга, страница 89 – Виктория Балашова

Отдельно отмечает Добриянов и то, что самые успешные провидения Ванги приходятся на темы, связанные с личной жизнью агента, его здоровьем, умершими близкими. Не станем отрицать: Ванге всегда удавалось успешно справляться именно с этими вопросами. Её рецепты мы уже комментировали: это кладезь народной медицины, опыт, накопленный людьми в течение столетий, а то и тысячелетий. Причём с годами прорицательница всё реже давала странные, на взгляд современного человека, советы, и в самом деле помогающие, если только в них сильно верить. Вот пример рецепта для больного циррозом, который отчего-то Ванга не применила (или применила неудачно) по отношению к собственному мужу: взять материнское молоко, разбавить в нём белую муку и применять. Или совет для ребёнка, в течение двух месяцев страдавшего от высокой температуры: «искупать его в воде, в которой был сварен зелёный виноград». Она всё чаще отправляла людей за консультацией к врачам или давала советы, актуальные по сей день, вроде лечебных трав и настоев. В решении семейных дел Ванга тоже поднаторела: с подобными проблемами к ней и обращались по большей части. «Когда у посетителя нет серьёзных проблем, гадание протекает как по написанному», — вспоминает Добриянов. Здесь опыт Ванги играет главенствующую роль: на определённые вопросы у неё есть готовые ответы. Она никогда не советовала жене оставить мужа, а обиженным советовала просто не обращать внимания на обидчиков — ведь их жизнь накажет, «ничто в этой жизни не остаётся безнаказанным».

Каждый случай, который Добриянов отнёс к той или иной категории, учёный комментирует, обосновывая свой выбор: верно, неверно, вероятно. «Там, где это возможно, автор изыскивает и документальные подтверждения констатаций Ванги». Получается, что лишь по некоторым сообщениям имеются прочные доказательства их «верности» или «неверности». Альтернативным или вероятным вообще невозможно найти доказательств — данная категория остаётся весьма спорной. Трёх посетителей Добриянов специально попросил Ванге соврать. Все три раза она «рассекретила» засланного учёным человека. Однако интересно посмотреть на описанные им истории. Первым пришёл политический деятель, выдавший себя за... торговца вина. «Ванга сразу говорит ему: “Ты для торговли не годишься!” и в дальнейшей беседе несколько раз подчёркивает, что ей “не нравится его работа” и что ему “надо разговаривать с людьми” (что он, в сущности, и делает профессионально!)». Как фраза «не нравится его работа» говорит о роде занятий человека и чем плох торговец вина? Иной бывает гораздо лучше любого политического деятеля. Да, можно это трактовать, как «ты врёшь о своей работе», но с большой натяжкой. Фразу «ты для торговли не годишься» тоже можно понять двояко: есть множество торговцев, которые либо вынужденно занимаются своей работой (всякое в жизни бывает), либо имеют другие способности, которые следовало бы развивать и которые принесли бы больше, предположим, денег. А уж «разговаривать с людьми» торговцу, пожалуй, надо уметь получше, чем любому политику. Однозначным было бы сообщение: «Ты мне врёшь»; «Ты не торговец вином» и т. п.

Со второй «актрисой» сообщение выглядит вполне «верным»: у женщины якобы трое детей, но Ванга твердит, что «видит» только двоих. Третий человек притворяется немым, а Добриянов сообщает Ванге, что будет говорить за него. Та настаивает: «Ничего у него не болит, пусть говорит, как все!» Тем не менее из трёх случаев первый скорее вероятный, а по сути, никакой: его нельзя отнести ни к одной категории, трактуй, как хочешь. Добриянов, зная правду о политике, трактовал фразы Ванги в её пользу. Второй случай верный, но когда человек врёт, то его могут выдать интонации, неискренность в голосе и т. д. Просто прийти к Ванге человек не мог, значит, женщине придумали причину — она могла себя выдать иным способом, например, её рассказы про двух детей звучали более достоверно, чем про выдуманного ребёнка (это естественно, ведь мать на самом деле волнуется за реальных детей, а к вымышленному равнодушна). Это сообщение, скорее, альтернативно. И только третье, действительно, можно смело отнести к третьей категории «верно». Таким образом, одна треть — верно, одна треть — альтернативно, одна треть не должна учитываться вовсе или, в крайнем случае, относиться к альтернативным сообщениям. Впрочем, мы не спорим с профессором Добрияновым, а просто пытаемся показать, что данное исследование не носит стопроцентно объективный характер, и, кстати, не было принято научным сообществом, хотя взять за основу метод учёного для изучения телепатии предлагалось.