Книга Ванга, страница 151 – Виктория Балашова

Тем не менее Нафанаил имел полное право отказаться освящать храм. Но более полное объяснение кроется в том, что на тот момент Болгарская православная церковь пережила болезненный раскол. Многие считают, что митрополит решил не провоцировать конфликт: «Сохранилась видеозапись, где он прямо говорит Ванге, что храм этот противоречит канонам и освящать его нельзя, а Ванга в ответ презрительно отзывается о канонах. Почему же в итоге владыка освятил его? Могу только догадываться. Тогда, в 1994 году, в Болгарской православной церкви был раскол, почти все власти и СМИ поддерживали раскольников, о Священном Синоде говорили и писали враждебно. Наверное, многочисленные почитатели Ванги шантажировали митрополита, грозились уйти к раскольникам, если он откажется освятить храм. Думаю, он пошёл на компромисс в надежде, что эти люди медленно пойдут в православие», — пишет иеромонах Виссарион, насельник Афонского болгарского монастыря Зограф.

Сам митрополит тоже давал своё объяснение произошедшему. Человек этот заслуживает уважения. Его биография говорит сама за себя: в 1975 году он окончил Софийскую духовную семинарию, после чего проучился в Афинах на богословском факультете университета и два года прожил в монастыре в Афоне, 10 октября 1980 года, «по завершении образования, решением Священного Синода возведён в сан архимандрита. В 1985—1986 годах был протосингелом Ловечской епархии. С 1986 по 1988 год — священник в Болгарской общине святого Иоанна Рыльского в Лондоне. По возвращении на родину стал протосингелом Софийской епархии с 1988 по 1989 год. Затем был избран главным секретарём Священного Синода и 25 марта 1989 года рукоположен во епископа Крупникского, викария Софийской епархии. 17 апреля 1994 года избран, а 24 апреля канонически утверждён митрополитом Неврокопским. Это произошло после того, как в 1992 году прежний митрополит Неврокопский Пимен (Энев) ушёл в раскол и возглавил раскольничий “альтернативный синод”. В последние годы жил в монастыре в Хаджидимове, отличался скромностью и нестяжанием и до последнего дня неукоснительно соблюдал афонский устав».

Надо отметить, что в 1994 году митрополиту исполнилось 42 года. На него пытались воздействовать люди, куда старше его по возрасту, хоть и не владевшие знаниями в той области, в которой пытались с ним спорить. Кроме того, митрополит пытался, и в самом деле, путём компромисса как-то решить возникшую проблему. В интервью, которое у него брали во время проведения Всероссийских дней славянской письменности и культуры, которые отмечались в Саратове в 2009 году, он говорил следующее: «Много времени и сил требует преодоление последствий раскола, который был инспирирован политиками в 1992 году, конечно, при содействии клириков, забывших о своей миссии и ответственности перед Богом, Святой Церковью и Божьим народом. Прерванная традиция, нарушенная дисциплина, организационные трудности, финансовые проблемы — всё это мешает духовно-просветительской деятельности». Про Вангу «митрополит Неврокопский Нафанаил не сказал ни одного худого слова. И сейчас в ответ на расспросы говорит: — Молитесь за её душу!». Тогда, в октябре 1994 года Нафанаил, поддавшись на уговоры, всё-таки освятил алтарь и сказал: «Если это дело от человеков, то оно разрушится, а если от Бога, то вы не сможете разрушить его. И в этом для меня, как для духовника, кроется тонкая грань. Если этот храм станет причиной гибели души тёти Ванги, то лучше, чтобы его вообще не было».