Книга Ванга, страница 140 – Виктория Балашова

В конце 1980-х — начале 1990-х годов к Ванге приезжало куда меньше знаменитостей, чем в самый пик её популярности. В 1970-е Людмила Живкова пыталась при помощи провидицы переманить на свою сторону представителей советской элиты, интеллигенции, чтобы продвигать свои идеи. Она прекрасно понимала, что без поддержки СССР никакая «Живая этика» или Белое братство не смогут прочно пустить свои корни в Болгарии. Ванга активно помогала подруге, а та активно снабжала провидицу «клиентами». Однако после начала перестройки люди почувствовали, как у них уходит почва из-под ног. Экстрасенсы, гадалки, ясновидящие снова стали популярны. В России среди знаменитостей того времени, конечно, следует упомянуть Анатолия Кашпировского. Его популярность простиралась и за пределами родины, поэтому в конце 1990 года ему организовали «гастроли» в Болгарию. Он был наслышан о Ванге и решил нанести визит «коллеге».

Надо отметить, что Ванга себя экстрасенсом не считала. «Она с недоверием и скептицизмом относилась к этой прослойке целителей, открыто сомневалась в их способностях... Разговор между Ван гой и профессором Врабкой Орбеновой, председателем Союза болгарских экстрасенсов^[10], проливает свет на истинное отношение пророчицы к ним. Орбецова приехала к Ванге, чтобы спросить, стоит ли издавать справочник о болгарских экстрасенсах. Вот ответ Ванги: «Боже! Боже! Боже! Ждут, пока у человека не отсохнет рука, и только тогда посылают его к врачу! Разве так можно? Экстрасенсы... Шарлатаны! И ты из них? Ты же учёная, есть ли у тебя время заниматься этой ерундой?» Новомодное слово явно раздражало Вангу, а может, она подсознательно видела в них конкурентов, но факт остаётся фактом — экстрасенсы чем-то ей не угодили. Впрочем, Кашпировский тоже открещивается от принадлежности к этой братии: «У него нет ничего общего с так называемыми “экстрасенсами”, “магами”, “колдунами”, “биоэнергетиками”, “ясновидцами”, “контактёрами с Космосом” и другими “целителями”, огромная масса которых родилась вследствие фантастической популярности его всемирно известных телеопераций и телепередач, в 1989 году заразивших людей огромным интересом и тягой к человеческим тайнам, побудив тысячи из них заняться психологическим лечением», — пишет на сайте Кашпировского академик Д. И. Шпаченко.

Сам Кашпировский высказывается о Ванге с большим почтением, видимо, тоже не причисляя её к вышеперечисленным категориям людей: «Ванга для меня уникальная личность, на десять, на сто голов выше любого “предсказателя” и “провидца” из стремительно нарастающей толпы желающих повторить её. Никого из них сравнивать с ней нельзя. Справедливости ради должен отметить, что в отношении Ванги существуют два феномена — феномен самой Ванги и феномен огромного количества людей, любящих, почитающих и боготворящих её. Разъединять эти два феномена невозможно. Они взаимно друга друга рождали, создавали и продолжают создавать до сих пор. Помню её сухие и горячие руки. Точно такие же, как и у меня. Подобных больше не встречал ни у кого. Незримый контакт и взаимная человеческая симпатия возникли у нас с нею с первых же слбв. Сразу же почувствовал её очень близким человеком, как только переступил порог. Говорить с ней было легко, без всякого напряжения».