Книга Принцесса Диана. Самоубийство длиною в жизнь, страница 49 – Виктория Балашова

В последние дни перед свадьбой истерика нарастала, как шторм на море. Небо затягивалось тучами, лицо Дианы превращалось в сплошную печальную, заплаканную маску. Венчание запланировали на вторник 29 июля. На матче по конному поло 25 июля Диана на ровном месте расплакалась на глазах у изумленной публики и удалилась, сопровождаемая подругой, в машину. Чарльз должен был принимать участие в официальной церемонии открытия, но ему доложили о состоянии невесты, и он подошел к машине, пытаясь выяснить, что произошло. На его лице – искренняя озабоченность (сохранилось видео, запечатлевшее события того дня). На фоне бравурной музыки – согнувшаяся в три погибели Диана, прячущая лицо от посторонних глаз. Видно, как она похудела с февраля, когда объявляли ее помолвку. Чуть позже Диана возвращается на трибуну. Она успокоилась и даже улыбается, но расслабленной ее назвать нельзя – Диана постоянно вертится, треплет пристроившегося рядом мальчонку по голове, ерзает. Чарльз, переодевшийся в униформу, приветствует публику и участников соревнования – в этот момент его бы невесте сидеть спокойно и любоваться на дорогого сердцу принца. Журналист, комментировавший произошедшее, говорит о стрессе предсвадебных дней, о повышенном внимании к Диане, оправдывая ее срыв.

Все оставшееся время Диана в разговорах с подругами и сестрами упоминала о своем желании отменить свадьбу. Ее нервная система не справлялась с надвигающимся событием. Бал, организованный 27 июля, за два дня до торжества, собрал множество гостей, среди которых не было Камиллы – ее фамилию из списка гостей Диана вычеркнула собственноручно. Однако, по слухам, Чарльз успел сбегать во время бала к бывшей подружке на свидание. Диана сдерживала слезы, но в целом бал прошел весело. На нем присутствовал и друг невесты Адам Рассел, который затем вспоминал: «Атмосфера предвкушения счастья была очень заразительна. Ошалев от вина, мы ловили на рассвете такси – праздничное, счастливое безумие».

Если Чарльз и сбегал повидаться с Камиллой, то явно ненадолго. Свидетели торжества помнят, как он танцевал с невестой, как зажигал первый из фейерверков, которые озаряли небо Лондона в тот вечер на протяжении целого часа. К тому же после бала состоялась небольшая вечеринка в клубе для помощников Чарльза и Дианы, которых по статусу не положено было приглашать на бал. Оттуда жених и невеста выехали вместе, но разошлись, как положено, по своим комнатам: Чарльз – в Букингемский дворец, Диана – в Кларенс-Хаус. Рядом с Дианой накануне свадьбы находилась сестра Джейн. А Чарльз вечером следующего дня прислал невесте кольцо с запиской: «Я так горжусь тобой и счастлив, что буду ждать тебя завтра у алтаря»; и добавляет, что она сразит всех наповал.

Днем 28 июля у Дианы и Чарльза брали интервью для телевидения. Очевидно, что она, мягко говоря, невесела. Чарльз на нее все время посматривает и пытается ободрить то кивком головы, то улыбкой. Диана рассказывает, что ей пришло много подарков к свадьбе от детей, в том числе рисунок из садика, где она работала, но ее голос звучит грустно, она сидит сгорбившись и сложив руки на коленях. Немного оживляется Диана, когда начинает рассказывать про работу в детском саду. Но потом опять скукоживается: одно плечо заметно уезжает вниз, она глубже зарывается в кресло и теребит рукав платья, а Чарльз все чаще на нее обеспокоенно смотрит: даже не психолог скажет, что Диана не в своей тарелке и нервничает. На вопрос журналистки о том, как она готовит, Диана отвечает: «Да, ммм, я закончила кулинарные курсы, но в целом я, ммм, средне готовлю». Любая девушка на ее месте тут же перечислила бы все ватрушки, которые умеет печь, но Диана почему-то не признается в умении вполне прилично стряпать (ее друзья не раз подтверждали, что это у нее хорошо получается).