Книга Настоящая фантастика 2012, страница 29 – Алексей Бессонов, Андрей Дашков, Степан Вартанов, и др.

Он открыл рот впервые за все совещание. Остальные удивленно повернулись к нему. Кумар откашлялся.

— Это самое «да» может сказать не всякий, – тихо проговорил Кумар. – Отдавать приказы мозгу Корабля может даже не каждый центровой. ДНК всех и ее всевозможные комбинации – в общем, все, кто может это, записана в памяти нашего «Рассвета». Я читал об этом в Космической Истории Человечества. Нам нужен кто-то из Ареопага. У нас такого человека нет.

— А балласт дело говорит, – заметила Ингрид.

Роберт уже знал, что «балластом» джонситы называют всех остальных пассажиров Корабля, кроме себя.

— Допустим, мы даже ворвемся в рубку. Но мы ничего не сможем сделать, – закончила Анье.

— Есть, – сказал Доминик. – Мы нашли в Тонга девочку, дочку Алексея Коренева. Я пока не говорил Кореневу об этом. Думал придержать ее на крайний случай.

Роберт думал, что уже привык к бескрайнему цинизму главы джонситов. Но каждый раз оказывалось, что нет.

— Как у вас все ловко складывается! – воскликнул Эйс Штильнахт. – И нервожил у нас есть, и комбинация ДНК, пригодная для ввода команды! Это провокация, разве ты не видишь, Доми? Ты ослеп?

Доминик, колеблясь, крутил в руках пустую чашку из-под чая. На ней была изображена черная двойная звезда. И когда две звезды трижды прошли по своим орбитам, бабушка Ватя сказала:

— Мы сделаем так, как предлагает Роберт. Но мы пустим и воздуховод к шлюзу космических катеров. Если… что-то пойдет не так… нам придется покинуть Корабль раньше, чем мы собирались.

Атмосфера в комнате ощутимо разрядилась, словно мощный озонатор произвел впрыск. Кассандра облегченно вздохнула. Просветлел и Доминик.

— Ты можешь это сделать? – обратился Доминик к Роберту. – И воздуховод, и лифт?

Роберт улыбнулся:

— Могу. Но тебе придется выбить из Коренева те особые вещества, о которых говорил Игорь.

Доминик зашел за Робертом, чтобы проводить его в рубку связи. Именно там обычно проходил самый сильный и здоровый нерв Корабля из всех, находящихся в данном отсеке. И, что немаловажно, он был связан напрямую с мозгом «Нового Рассвета». Роберт как раз завтракал. Рацион джонситов последнее время заметно улучшился. Кроме безвкусной каши, на столах людей появились чай, булочки, яичница, бутерброды с сыром и ветчиной. Роберт пил кофе с круассанами. Он предложил Доминику кофе, но тот отказался.

— У меня есть к тебе одна просьба, – сказал Роберт, дожевав булочку.

У нее был острый привкус непогашенной соды. Но после чудовищной питательной массы, которой приходилось питаться Роберту последнее время, это было просто чудо что за круассан.

— Да?

— Я не знаю, как долго я пробуду в трансе, – сказал Роберт. – Но когда все закончится, я буду не в лучшем состоянии. Ты проверишь вот здесь, – Роберт задрал голову и ткнул в то место на шее, под которым находился лимфоузел. – И если эти места под челюстью у меня будут не только опухшими, но и такого, знаешь, фиолетового цвета… ты убьешь меня.

От неожиданности Доминик моргнул.

— Смертельная интоксикация после выхода на мозг Корабля случается редко, но она случается… Я буду умирать еще трое суток, – пояснил Роберт. – Вы ничем не сможете мне помочь. Это будет отвратительно. Пообещай, что не дашь мне превратиться в орущий от боли кусок мяса. Посей в меня семя Хрустального Цветка.