Онлайн книга «Семьи.net»
|
Директор мялся. — Совместное занятие? — подсказал Марченко. — Опять что-нибудь патриотическое? Дайте Вишнякову, у него лучше получается. Говоря это, Марченко, пытаясь понять, какое отношение ЧП имеет к учебному плану. — Нет, — лицо Росникова ожесточилось. — Система сообщает, что в нашем филиале действует подпольная организация. — Что?! Чушь. Ты лучше меня знаешь, как принимали на работу кураторов. Среди них… — Не среди них. Детская подпольная организация. — Это шутка? Подпольная организация… Ниспровергатели основ тригонометрии? Борцы со сном? — Что-то вроде. Вы не ерничайте, а послушайте, я изложу факты. Помните, две недели назад мы вызывали наладчика из «Ивотэкса»? — Помню, как же. Что-то со спальными ячейками. Я видел, как он приехал, но не видел, как уехал. Был на занятиях. Тогда еще решил, раз парень так быстро смылся, значит, ничего серьезного. И ты как-то замял дело. — Потому что получил от системы закрытое распоряжение. Были повреждены две спальные ячейки. Умышленно сломаны. — Да? Кто-то разобрался с излучателями и захотел по ночам без помех почитать с фонариком? — Не смешно. Некто вывел из строя ячейки. Некто, используя схему под названием «карусель», избавлял некоторых новобранцев от очистки памяти и привлекал их к работе в организации. «Аплодирую этому некту, — подумал Марченко. — Понятно, почему так расколыхался Ваня. Но чего он хочет от меня?» — А я здесь при чем? Почините ячейки и отправьте саботажников на неделю в наряд. — Вы, Антон Сергеевич, вот при чем: сегодня ночью некто, назвавший себя Мэдом, имел беседу с вашим новобранцем. Марс прислал мне запись… — А вот это уже незаконно, Ваня. Видеонаблюдение за жилыми ячейками и санитарными помещениями запрещено, почитай устав проекта. Марсик зарвался. — Это не видеозапись, а всего лишь стенограмма разговора. Техник «Ивотэкса» по распоряжению системы «Марс-26» установил в поврежденных ячейках микрофоны. Марс расшифровал запись и составил стенограмму. Все в рамках закона. Возьмите, я распечатал, чтобы удобнее было работать. «Пропади они пропадом, эти резиновые рамки закона, — подумал Антон Сергеевич, принимая от директора распечатку. — Стенограмма разговора. Мерзость. Над чем здесь работать? Мэд… Шатун… Вошки… Шатун — это Миклуха? Конспираторы. Что дальше? Ебург… Чусовской лишайник… Ха! Остроумцы. Приют обозвать лишайником! Да, Шатун — это Миклуха. А Мэд? Ага, вот чего от меня хочет Ваня! У них только стенограмма, они не могут определить, кто есть кто, и хотят, чтобы я… Пакость». — Если я правильно понял, Ваня, ты хочешь попросить меня сыграть неблаговидную роль. Мне казалось, ты знаешь меня лучше. Помнится мне, один десятиклассник… — Это не я прошу, а Марс приказывает, — перебил Росников, в первый раз за утро глянув старому своему учителю в глаза. — А я со своей стороны настоятельно рекомендую выполнить приказ. Вот, можете ознакомиться с директивой, если не верите: «Куратору экипажа шестого уровня Марченко надлежит…» Это опустим… А, вот: «…и установить имена фигурантов. Особое внимание нужно обратить на того, кто оказался иммунным к процедуре очистки памяти. Рекомендовано…» — Избавьте от подробностей, — поморщившись, попросил Марченко, потом спохватился и добавил: — Я сам прочту. У себя. |