Онлайн книга «Семьи.net»
|
Она представила блюдо, на котором покоится аккуратно поджаренный ребенок, обложенный молодым картофелем и спаржей, представила лощеного метрдотеля, с улыбочкой предлагающего дорогим гостям бутылку белого, представила, как умелый официант начинает разделку блюда… Видение оказалось настолько ярким и ужасным, что Анна не сразу поняла, о чем говорит наемник. — Здесь все помешаны на выгоде, а младенец стоит гораздо больше, чем самое дорогое блюдо, — с уверенностью, которой у него в действительности не было, произнес мужчина. — К тому же Иксуев постоянно покупал у Кулечкиной младенцев, что косвенно свидетельствует о наличии канала сбыта. «Надеюсь, не через кухню…» Медсестра клялась, что Иксуев детей не ест, во всяком случае, не всех, а устраивает им фальшивые метрики от суррогатных матерей и перепродает «абсолютам» — безбашенным приверженцам полной свободы, которые пока не обзавелись серьезным лобби в парламенте, а потому не имели доступа к системе «Счастливый дом». Из-за наличия метрики Дохлый и не смог вычислить Костю — не знал, кого искать, а потому выйти на след ребенка можно было только с помощью организатора преступления. — Как ты собираешься добраться до Иксуева? — поинтересовалась женщина, отворачиваясь от соседнего столика, на который как раз выставили жареные уши с медом. — Это его заведение, и тут его охрана. Ответить наемник не успел. — А он сам до вас доберется, — весело произнес остановившийся у столика губастый мужчина. — Что? — Как? — Дерьмо! — Вот именно, Палыч, — дерьмо, — поддержал наемника мужчина. — Но самое дерьмо случится в том случае, если ты потянешься за оружием. Мы поняли друг друга? За спиной Иксуева высились две скалы, два мордоворота с пистолетами в наплечных кобурах, а потому пришлось смириться: — Да. Легенда провалилась, и Палыч вернулся к привычной мрачности. — Не слышу. — Да, мы друг друга поняли. — В таком случае, прошу в отдельный кабинет, — гостеприимно предложил губастый владелец заведения. — Он у меня звуконепроницаемый, так что честные посетители не услышат ни гребаного слова из нашей прелюбопытной беседы. — И после паузы добавил: — Даже если в процессе диалога я включу бензопилу. Анна побелела. Один из охранников вытащил у Палыча пистолет, второй «помог» подняться женщине, и меньше чем через минуту «гости» и хозяева оказались в небольшой комнате, где за ненакрытым столиком сидел толстый, практически лысый мужчина в расстегнутой до пупа рубашке, льняных брюках и сандалиях на босу ногу. Явление Палыча и Анны толстого не обрадовало, было видно, что он воспринимает их как досадную случайность. — Зачем сюда? — А куда еще? Губастый усадил «гостей», сам расположился напротив, широко улыбнулся, явно наслаждаясь каждой секундой происходящего, после чего негромко произнес: — Палыч, я пробил тебя по своим каналам и сильно удивился: вы с Дохлым — мелкие, предельно осторожные бандиты, какого черта вас понесло в серьезные дела? — А когда это дело успело стать серьезным? — Наемник превосходно изобразил искреннее удивление. — В тот самый миг, когда девочка сказала тебе, что ищет ребенка, — объяснил Иксуев. — Тогда и следовало послать ее, — нравоучительно добавил толстый. — Права сирот защищает Комиссия по вопросам детского счастья, а это очень серьезно, — продолжил Иксуев. — Наше общество, как ты наверняка помнишь, делает все для радости младших партнеров и жестоко наказывает тех, кто пытается их этой самой радости лишить. Хочешь прокатиться в ювенальную жандармерию? В качестве клиента? Мой хороший друг Серж легко устроит тебе экскурсию. |