Онлайн книга «Небо в алмазах»
|
— Лучше бы она Пчёлу изъяла! — буркнул Холмогоров, наблюдая за приготовлениями Лизы. — Этот рак аж краснеет, когда хвост пушит перед ней. — Космос, пожени их, но я в свахи не набивалась! — Надо будет, то сам в ЗАГС сопровожу, под конвоем, — заверил Кос, перебрасывая из руки в руку, довольно забавного вида розового тряпичного зайца. — а так очередь пусть занимают! — За кем? — вопрос Павловой показался Космосу уж слишком нелогичным, и он воскликнул: — Ну, а что у меня на руке написано?! — В смерти моей, как забавного бабника, прошу винить дурную Лизку Павлову? — голубые глаза любимой заразы Космоса Холмогорова выдавали её озорство с головой, но была в этой шутке та ещё доля истины. — С моих слов записано, вслух прочитано. Да, Космос Юрьевич? — Получи и распишись сама! Зараза такая… — Драконище… Я пахну твоими сигаретами! — Хорошо, что не земляничным мылом! — Я тоже его терпеть не могу, Кос! — потянулась в мужских руках с грацией и плавностью кошки, ласково обхватила ладонями шею и уронила голову на грудь, с облегчением понимая, что с таким вкрадчивым отвлечением от прочих дел, никуда сегодня не пойдет. Своих обещаний Павлова держалась, но, кажется, что не сегодня. — Ты к Софке, что, переехать намылилась? — Космос, увлекая Лизу за собой, бесцеремонно плюхнулся на кровать, аккуратно заправленную, но теперь пострадавшую от его нелюбви к порядку. — Лучше бы ко мне катапультировалась. Я бы не ревновал! — Не верю! — почти как у Станиславского, театральным тоном, и с прикладыванием руки ко лбу. — Ты к коту ревнуешь, Надькиному, который ко мне на руки идет, чтобы с ним чисто поигрались. Он малыш совсем! — Ненавижу кошаков, — Кос расставил свои большие ладони перед Павловой, когда она едва ли не избила его тем самым тряпичным зайцем, показывая, что в этот раз он снова сдается, — и, мать его, страшно! Положи косого на место… — Ты мне день не звонил, Отелло! Может, Кос, это тебя стоит отчитывать? — Да ну нафиг! Где тебя черти носили вчера сразу после института? — Мы с чертями посовещались, и решили, что хотим домой, всем табором. Расписание мое выучил? — Гены не пропьешь, а память-то на цифры заточена. — Кошмарище какой-то! Нет, Кос, это уже не смешно! Софку допросами замучили! — Не, Софу давай на заклятье Пчёлы отдадим, — Космос Юрьевич был уверен, что в прогнозе «на Пчёл и профессорских дочек» он не ошибался, как и в том, что девушка перед ним — единственно возможный человек, из-за которого он съезжает с катушек. Капитально. — Я своих в беде не бросаю! — Вот и меня бросать сегодня не надо. — Хитрюга! — Кос сильнее прижал Лизу к себе, чтобы она не имела возможности выбраться, и скандировала свои доморощенные заявления из-под его плеча. — Что будешь делать, если пойду в обвинители? Мне форма подойдёт… — Крышевать, как цепной пёс, — звучало многообещающе и серьезно, — стеречь от прокурорских сынков Громовых. Нос-то у этого красавчика кривым не стал? — С чего бы? — Лиза понимала, на что себя обрекала, давая понять, что знает о Громове больше, чем Кос представлял себе. Ничего предосудительного в дружеском разговоре со Славой Громовым Лиз не видела, и решила сразу рассказать обо всем Холмогорову. — Не смотри на меня так, ну видела. Случайно! — Каким это, хреном чертовым, Громова занесло в ваш лягушатник? |