Книга Небо в алмазах, страница 137 – Alexandrine Younger

— К чему я развела эту сырость… — Чернова присела на маленькую софу, смотря в окно, говоря племяннице то, что искренне пыталась донести до нее все время, пока она вынужденно искала защиты, как маленький ребёнок. — Между вами не стоял кто-то третий! Перед вами никакой преграды, никаких предрассудков, лишь ваше нежелание слушать друг друга. Ты просто закрылась, как зверёнок в клетке, а он устал оправдываться!

— И с цинизмом доказывая сразу после, что ни с кем он не путался, а только решил меня припугнуть! Знал, что у меня на нечисть нюх. Побегу его искать!

— Лиза! Если бы я проявила власть, то ты бы действительно зажила по канонам своей бабки. Нашелся бы и хороший мальчик с достойным будущим, без порочащих фактов и идеальной трудовой биографией! Сама знаешь, о чем я, но я не твой враг. И я знаю, какой ценой даются ошибки! Мы остались вдвоем из всей семьи. Я делюсь своим горьким опытом, и за душой у меня — только кабинет богаче, чем был у твоего отца! Должность, деньги? Никто не застрахован! Перестану молчать — уберут! Не физически, так морально.

— Скажи, — Лизе было тягостно от всего услышанного, но упоминание об отце будило её душу, — папка же был ни в чем не виноват? Он был прав!

— Как истина в последней инстанции, но кому это теперь нужно? Кто наказан? Умер дед, и с ним решили не церемониться! Что до меня — я квартирки старикам выдавала! Фигура серая, непримечательная.

— И ты, наверное, опять во всем права… — медленно проронила Павлова, — и летом говорила — предупреждала же, рано.

— Какая разница? Рано, поздно… Со временем я убедилась, что нет того, чего нельзя простить! Если ты любишь, а не просто рассыпаешься в клятвах!

— Поэтому у нас не дом, а признание в любви королеве? — указывая на цветы, заполонившие и столовую, и кабинет, отшутилась Лиза. — Красивые ведь цветы.

— Взятка от всего военно-морского флота! — в таком же духе призналась Ёлка, думая, что с оранжереей, Лёня переборщил. — Законспирированная, разведка не прочухает.

— Хорошо, что не от космонавтов.

Лизе было горько. Несмотря на солнце, пробивающее стекла косыми лучами, тепло комнаты и родственной души, в её сердце мерзлота, разве что не вечная.

И кто виноват?..

Комментарий к 90-й. Мерзлота

Обложка для всех глав, идущих до апреля 90-го года:

https://vk.com/photo-171666652_456239096

OST:

— Eruption — One Way Ticket

Время нарочито натягивало лямку молчания замедляя ход стрелки часов на запястье Космоса. Это форменная издёвка над Пчёлой, избранного Филом в роли провожатого. Но жаль пропадающее в пьяных лабиринтах чудищ. Орбита опустела до такой избитой степени, что земли в иллюминаторе не виднелось. Даже не как в шлягере, звучащем в каждом советском окошке лет пять тому назад, а будто наш Космик застрял в глухом тамбовском лесу; рыщи его, свищи. Пытайся повернуть находчивый котелок в родную гавань.

Два года назад Пчёла по-буцефальски заржал, если бы узнал, что именно ему придётся соединять Лизку и Косматого. Предупреждал дурней, что оба не подарки с красными лентами. Не поймёшь, кто взорвется первым. Но почему-то Пчёла растёкся по креслу, перемешивая в голове застоявшуюся галиматью, ожидая, когда самолёт швартанётся в Ленинграде.

Космос не интересовался течением времени, помалкивая в тряпочку. Вулкан накапливает громкие заявы, что предвещает сжигающую лаву? Буря мглою Коса кроет! Вьюгу за окном своего скворечника Витя не любил, пусть именно зимой ему так вольготно и весело. Он просто не выдержит очередного заскока закадычного товарища.