Книга Общество самоубийц, страница 15 – Рэйчел Хэн

— Из-за них мы потеряли контракт с Масками. Это может притормозить мою карьеру на много лет.

— Вы его не потеряли, — возразил Тодд. — Они сказали, что контракт временно приостановлен. Зачем предполагать самое худшее? Может, если ты просто…

— Что просто?

Тодд отвел взгляд и принялся расправлять складку на простыне.

Лия опустилась на колени у ног мужчины и провела ладонями по его бедрам. Под мягкой, усыпанной светлыми волосками кожей, словно поверхность чужой планеты, ощущалась твердость, которая всегда завораживала Лию. «Когда-нибудь останется только это, — внезапно подумала она с грустью. — „Умная кровь“, „Алмазная кожа“ и „Твердые мышцы“, живущие вечно». Лия прогнала воспоминание о лице отца, потемневшем от пигментации и изрезанном морщинами.

Тодд накрыл ее руку своей:

— Все утрясется, я уверен. Ты самая лучшая и ревностная долгоживущая, какую я только знаю, вот и все, что я хочу сказать.

— А вдруг не утрясется? Что, если…

— Тогда я сам пойду в Министерство и все им расскажу. Про то, как ты первая из долгоживущих бросила бегать, даже до того, как опубликовали рекомендации и рассказали о вреде относительно высокого ударного воздействия. Про то, как ты делишь свои «Нутрипаки» на получасовые порции, чтобы обеспечить оптимальную подачу питательных веществ в течение дня. Про то, как ты каждый вечер два часа медитируешь и ни разу в жизни не пропустила утреннюю растяжку, про…

— Ладно-ладно, я поняла.

Она улыбнулась, но внутреннее напряжение никуда не делось. Выражение на лице Тодца в этот момент… В нем-то и была загвоздка. Именно из-за подобных вещей они были помолвлены уже почти восемь лет и все еще не назначили дату свадьбы. Тодц и его безупречные гены, его доверие к жизни и твердая убежденность в том, что Министерство действует всегда справедливо и разумно. Тодд и его семейство — несколько поколений акционеров «ХелсФин» — и его наследственный капитал, благодаря которому он может себе позволить заниматься исключительно неспешным уходом за собой. Тодд никогда не встречал никого недосотенного, его мир заполняют только победители генетической лотереи.

Но разве не поэтому Лия встречается именно с ним? Разве она не использует Тодда как лекарство, как защиту от своего сумбурного прошлого? Он стал ее высшим достижением, последним недостающим элементом, позволившим сложить такую картину жизни, какую она хотела, какую хотела для нее Уджу. Их дети почти наверняка станут долгоживущими, может, даже первыми прорвут барьер. Станут бессмертными. С генами Тодда и Лии у них будут на то все шансы.

Лия резко поднялась на ноги.

— Пойдем со мной, — сказала она.

Она взяла Тодда за руку и отвела в самую маленькую комнату в квартире, изначально спроектированную как гардеробная. Теперь же она была практически с полу до потолка завалена картинами. Высокое зеркало, тянувшееся вдоль одной из стен, было испещрено потеками и пятнами краски.

В одиночку Тодд сюда никогда не заходил. Он всегда уважал странное увлечение Лии, и ей это казалось очень милым. Сейчас он с вежливой озадаченностью смотрел на холсты, хмуря лоб, словно пытался решить математическую задачу.

— Как тебе? — Лия заставила Тодда повернуться к большому мольберту, установленному посреди комнаты. — Это город, — она указала на сетку улиц, небоскребы, темное небо.