Книга Великое расширение, страница 47 – Рэйчел Хэн

Кое-кто, например Ма и Сор Хун, заявляли, что выводы делать рано. Дамбу взорвали из предосторожности – ведь так говорят. Это вовсе не значит, что японцы наступают, однако уж лучше перестраховаться, чем потом рвать на себе волосы, – и с этим не поспоришь. Другие, например А Тун, стали запасаться рисом, консервами и свечами. Па своего мнения не высказывал, но однажды притащил домой два огромных ящика, набитых банками мясного рулета с овощами.

— Не на кухню, – сказал Па, когда Ма стала было доставать банки.

Мальчики пошли вместе с Па за дом и помогли выкопать яму. Когда они с перепачканными землей руками вернулись на кухню, Ма стояла на прежнем месте и взволнованно теребила кожу на локтях.

— Не втягивай в это мальчиков, – сказала она, – нечего их пугать всякими глупостями.

Но с каждым днем это все меньше напоминало глупости. Местные заходили в лавочку, даже когда им не требовались продукты, чтобы просто расспросить Суи Хона о новостях. Он как-то пошутил, что пора бы ему ввести сбор за услуги, и остальные поняли намек. Вскоре у них вошло в обыкновение приносить лавочнику гостинцы – паровые пирожки или креветочную пасту. Суи Хон любезно благодарил дарителей и лишь потом пересказывал последние новости.

Вскоре после того, как Па принес домой консервы, учитель Чи А исчез, а школу закрыли. Теперь А Бооню ничего не оставалось, кроме как сидеть дома вместе с родными, маясь от беспокойства и дожидаясь очередного несчастья.

Когда японцы переправились через северные проливы и начали наступление с севера и запада, Па принес домой еще один ящик, на этот раз с крекерами и спичками, и тяжелый мешок риса. Ма больше не возражала, лишь сказала, что рис, перед тем как закапывать, надо завернуть в старый брезент, иначе в нем заведутся долгоносики.

Новости приходили противоречивые, сбивающие с толку. Ан мо имеют преимущество в воздухе, взлетно-посадочные полосы разрушены. Японцы в двадцати милях, они сгруппировались на северном побережье. Ан мо подожгли мангровый лес. Линия обороны отодвинута назад. Японцы испытывают недостаток горючего и боеприпасов. Как бы там ни было, японские танки уже катились по западным регионам острова. Военно-морские базы подвергались бомбардировкам, облака густого черного дыма видно было даже из кампонга, за двадцать миль. Взрывы были делом рук ан мо – те боялись, что базы перейдут в руки японцев. Такой исход событий представлялся вполне возможным. Дула орудий были развернуты не туда. Хотя нет, орудия смотрели в правильном направлении, вот только это были не те орудия. Впрочем, значения это не имело.

За неделю до Нового года японцы ступили на остров. И тем не менее жители кампонга, не зная, как еще поступить, как обычно, украсили двери красными полотнищами. Узнав, что японцы всего в нескольких милях от центра города, Дядя принес домой большой кусок белой ткани. Ма вырезала из новогодних полотнищ красный круг и нашила его на белый прямоугольник. Получился флаг. Па возражал: разве это дело – приветствовать флагом тех, кто убил столько их соотечественников? Но Ма все равно свернула флаг и спрятала его в кухонный горшок. “На всякий случай” – так она сказала, и Па промолчал.

Наконец пришло время новогодних празднеств. В кампонге царило уныние. Накануне ночью они вслушивались в далекий гул самолетов и воображаемые крики раздавленных танками горожан. Поток беженцев усилился, они прибывали из других частей страны и приносили рассказы о жестоком мародерстве и уличной панике.