Книга Оружие Вёльвы, страница 86 – Елизавета Дворецкая

— Но как вышло, что Ульвар не вернулся домой вместе с вами? – перебила его Снефрид. – Что ему помешало?

— Послушай, чтобы вернуться, ему же надо выплатить три сотни серебра. Он тоже раздобыл кое-что… Мы все привезли хорошую добычей! – Рандвер опять подмигнул и притронулся к золотой серьге у себя в ухе. – Но трех сотен у него не набралось. Не знаю, сколько точно ему досталось, но он передал тебе вот это.

Рандвер открыл кожаную сумочку на поясе и вынул тонкий серебряный браслет. На его расширенных концах сидели два маленьких камушка голубой бирюзы, а между ними тянулся тонкий узор в виде каких-то ростков.

— Это тебе от него, – Рандвер положил браслет на колени Снефрид. – И он просил передать: он решил остаться жить в Мерямаа, в Силверволле. Там добывают очень много дорогих мехов, куниц и бобров, и если покупать их прямо там, а не на Готланде, то можно быстро разбогатеть. Он сдружился кое с кем из тамошних людей, русов и мери, и надумал остаться жить с ними. Он сказал: если он отдаст за долги свою долю добычи, то опять останется ни с чем. А если на эти средства заведет дом и хозяйство в Силверволле, то быстро встанет на ноги. И он просил тебе передать: мол, он не будет в обиде, если ты будешь считать его как бы умершим и выйдешь замуж заново.

И еще раз легонько подмигнул, будто имел в виду больше, чем сказал.

Снефрид молча сглотнула. В ушах шумело все сильнее, голова шла кругом. В памяти звучали слова Рандвера, но ум отказывался их принять.

— То есть он собирается… никогда не возвращаться? – пробормотала она.

— Да, хочет жить в Силверволле. И тебе, стало быть, кланяется, что он, мол жив, все у него хорошо, и что ты можешь его больше не ждать. Если еще ждешь. Ты ведь не вышла замуж по новой, нет?

Снефрид покачала головой. У нее перехватило горло, тянуло заплакать и засмеяться.

Вот тебе и начальник стражи у кейсара!

Она и радовалась, что Ульвар жив и свободен – могло ведь быть куда хуже, – и чувствовала себя оскорбленной, что он, по существу, разводится с ней! То есть предлагает ей развестись. Потому что намерен никогда к ней не возвращаться.

Как и предрекала Хравнхильд.

Напрасно она ждала, надеялась, прикидывала, как спасти его честь… Пусть теперь Фроди с Кальвом хоть до Затмения Богов подают жалобы на тинг, едва ли они сумеют добраться до Ульвара в такой дали.

— И он сказал, чтобы я это все рассказал только тебе, – добавил Рандвер. – А больше никому. Его ведь здесь ищут, да? Он сказал, дело в долгах, но мы с ребятами прикинули: он убил кого-то, да?

Снефрид покачала головой, отчего в ушах зазвенело сильнее.

— Да ладно вам! – Рандвер доверительно коснулся ее колена. – Чего такого, дело-то обычное. У нас много таких. Добрый тихий человек на сарацин-то не пойдет, ему и дома хорошо!

Он засмеялся, и Снефрид мельком увидела в нем сходство с Вегардом-Триди. Они были совсем не похожи и внешностью, и повадками, но их роднила эта оторванность от семьи, от округи, от связей, которые и поддерживают человека, и сдерживают его. Эти люди привыкли полагаться только на себя и не считаться ни с кем, кроме своих собратьев по оружию.

Снефрид ощутила, что ее трясет. Она не могла разобраться своих чувствах, ей хотелось кричать, прыгать козленком, мчаться куда-то бешеной кобылицей. От радости, от негодования, от горя – она не знала, но хотелось нестись как ветер, чтобы сбросить этот невыносимый груз.