Онлайн книга «Оружие Вёльвы»
|
Снефрид молчала, плотнее стягивая на груди полы накинутой шубы. Было чувство, словно она сидит в лодочке, которую гонит мощный вихрь, то и дело меняя направление. Груда серебра в деревянной миске для сыра – незнакомый покойник – весть об Ульваре – ларец… Все это потрясало ее заново, и теперь она плохо ощущала земляной пол под ногами. — Я замерзла… – пробормотала она. – Может, вернемся в дом? Хравнхильд нарочно завела этот разговор прямо здесь, над телом, в надежде, что испуг и изумление развяжут племяннице язык. Прямую просьбу уйти отсюда она не могла отвергнуть, да и кое-какой ответ она уже получила. Снефрид же не сказала: «Какой ларец? Никакого ларца я не знаю». Она могла бы солгать, если бы успела подготовиться, но она промедлила, вспоминая, а значит, ей было что вспоминать. — Идем. Хравнхильд немного задержала взгляд на лице покойного, а потом накрыла его краем шкуры. Они вернулись в дом и сели у очага. Снефрид протянула руки к огню, будто ища у него дружеской поддержки. — Это все так странно! – Она бросила беглый взгляд на тетку, понимая, что та ждет ответа. – Что еще он рассказал? Кто он вообще такой? Откуда взялся? Не ётун же он, родившийся прямо из метели! — Он, сдается мне, из тех людей, что привыкли кричать «О́дин владеет мной!»[16] и никогда не пируют у огня, под закопченной крышей. Его судьба однажды пересеклась с судьбой Эйрика, сына Алов, и та встреча погубила почти всех его товарищей. Но у них имелось некое большое сокровище, взятое в святилище Фрейра. Нечто такое, что способно исцелять болезни и воскрешать мертвых… — Правда? — Он так сказал. И он хотел вернуть это сокровище, чтобы оживить своих погибших побратимов и собрать дружину, которую невозможно больше убить… По его словам, он пять или шесть лет назад проиграл это сокровище в кости… твоему мужу. Оно у тебя? Снефрид молчала. Ларец был у нее – обернутый в мешковину, лежал на дне ее ларя с крашеной одеждой, запертого на большой железный замок. Ключ висел у нее на груди, под застежкой, на бронзовой цепочке. Да, Ульвар говорил, что за этим его выигрышем могут прийти и принести деньги – сотню серебра. — Как было имя того человека? – задумчиво спросила она. — Я тебе перечислила его имена. Повторить? — Не надо, я помню. Среди них нет имени хозяина ларца. — Но это же не настоящие его имена! Он не хотел, чтобы кто-то о нем знал. Слишком привык скрываться, даже умирая, пытался сбить врагов со следа. — Я знаю имя того человек, у кого Ульвар выиграл ларец. И никому другому я его не отдам. Даже если он назовется Свидриром, Хрофтом, Альфёдром, Бивлинди, Фьёльниром, Харбардом[17] и так далее. — Кажется, он пытался назвать настоящее имя, – неуверенно сказала Хравнхильд. – За пару вздохов до того как умер. Оно начинается на Хр… Может, Хрейдар, или Хринг, или что-то в этом роде. Но может, это был просто предсмертный хрип. — Стало быть, мы не знаем, кто он и имеет ли право на ларец. Ты сама понимаешь – дорогой залог нельзя отдать первому, кто пожелает, если он не докажет, что имеет право. — Но если бы он не имел права, откуда бы он знал о ларце, о выигрыше, о том, что он у вас, о сумме залога? — О, мало ли откуда! О нем могли знать несколько человек. А кто-то из них мог проболтаться. Спьяну похвастался, или… его силой заставили выдать тайну. |