Онлайн книга «Путь серебра»
|
От смятения тянуло заплакать, но Вито старалась сдержаться. — Но Ульвхильд… отвергает свою долю, – с трудом выговорила она. — Отвергает? – Годо нахмурился и подался вперед. — Ульвхильд сказала… что даже если бы сокровищ было в десять раз больше, она не может принять их, потому что… гибель Грима принесла позор… Вито глубоко вдохнула, от волнения все услышанное спуталось в памяти. Ее пробирала беспокойная дрожь, но она не могла таить услышанное в себе и не поделиться с теми, кого это касалось в первую голову: — Она сказала, что вы… вы вернулись без своего вождя… и что если бы она была женой кого-то из вас, то не позволила бы к себе прикоснуться… — Ой божечки! – ахнула Радонега. «И если я приму что-то из этих сокровищ, то разделю ваш позор», – сказала бы Вито, если бы могла так ясно определить свои сомнения. Но остальные поняли ее лучше, чем она сама. — Да ётуна мать! – Свену хотелось сказать гораздо больше, но перед ним стояла его собственная мать. – Ты слышал, – он резко повернулся к брату, – она нас еще позорит! Отдали бы мы Ётуну те мешки, пусть бы они с Хельги хоть сожрали их вдвоем! Мы их волокли от самого Итиля, а она тут еще кобенится! И эту еще научила! Мать, – он сурово воззрился на Радонегу, – не пойдет она больше к Ульке, ты слышишь! Если опять пришлют, скажи, нет, хозяин не дозволяет! У Вито слезы потекли по щекам: гнев Свена, ярость и досада в его голосе совсем лишили ее присутствия духа. Она понимала, что ей не следует повторять оскорбительные речи в собственном доме, но не могла и молчать, не зная, в какой мере должна оберегать свою честь, если ее мужа считают обесчещенным. Но выглядело это так, будто она плачет от грозящей разлуки с Ульвхильд, и успокоить Свена никак не могло. — Да славятся боги, что я не женат! – воскликнул Годо. – Меня хотя бы позорит чужая женщина в ее доме, а не моя – в моем! — Я не хотела… – сквозь слезы неразборчиво бормотала Вито, – но она говорит, что я тоже… — Ты больше к ней не пойдешь и не будешь слушать ее безумные речи! – отрезал Свен. – Если она так заботится о своей чести, то мы, должно быть, скоро увидим, как она раздаст свои сокровища и пронзит себя мечом! Если уж ей вздумалось сравняться славою с Брюнхильд! Он вспомнил о своем мече, что сам нарек Страж Валькирии, вспомнил ту ночь, когда это случилось. Вспыхнула досада на себя: пока он тут выжидает не пойми чего, зловредная вдова пытается отнять у него уважение жены! — Ну а чтобы моей жене было некогда ходить по чужим домам и слушать, как меня там позорят, я хочу, чтобы ей хватало забот в своем доме, – добавил Свен. – Мать, помоги ей собраться и все там устроить. – Он кивнул в сторону, имея в виду новый двор. – Берите серебро, покупайте что хотите, но чтобы… ну, дня через три я своим домом жил. Хватит вам? — Какие три дня! – Радонега всплеснула руками, хотя лицо ее прояснилось при этом известии. – В новый дом на полонь вселяются, чтобы было в дому добра полно, а теперь у нас… – она быстро припомнила вид луны и сочла на пальцах, – новец миновал две ночи… новый перекрой…[13] Как раз и хватит, чтобы дом оживить. Первую ночь ночевать должны курица с петухом, вторую – гусак с гусыней, третью – поросенок, четвертую – овца с бараном, пятую – корова… — Корова, в доме? |