Книга Путь серебра, страница 200 – Елизавета Дворецкая

* * *

Посему перейдем к литературному аспекту. Мне попалось всего два романа, в которых описан поход на Каспий. Первый из них – «Мечом раздвину рубежи» Андрея Сербы (изд. «Армада», 1996). Он состоит из двух частей и описывает два заграничных похода Игоря: на Каспий (913–914 гг.) и на Черное море (941 г.). Тридцатилетний разрыв между ними автор игнорирует, во второй части действуют те же персонажи, постаревшие вовсе не на тридцать лет, а года на два. В обоих походах Игорь потерпел поражение и никаких рубежей не раздвинул, в полном соответствии с его репутацией неудачника. Тот Игорь, которого рисует читателю Андрей Серба, иного и не заслуживает. Это слабовольный тип, неуверенный в себе, вечно дрожащий за свой авторитет, неумный, но при этом очень амбициозный и тщеславный. Правда, отмеченный личной храбростью в бою, что является его единственным достоинством. Цель похода объявляется в разговоре Игоря с его лучшим другом, сотником Микулой. Микула подает совет Игорю, жаждущему самоутверждения и славы:

«…на море совсем не стало покоя от разбойников из Гиляна и Дейлема, из Мазендаранской и Табаристанской земель. Не делают разбойники исключения и для русских купцов, грабя их наравне с другими. Так неужто великий князь Руси не вправе призвать разбойников к ответу? Неужто ему не по силам взять свои караваны под надежную защиту или оружной рукой покончить с разбойниками, уничтожив их становища на побережье и островах?»

Попутно Микула угрожает и Хазарии, если она не станет «блюсти договоров с Русью». То есть цель похода – обеспечение безопасности русских купцов на Каспийском море, для чего нужно истребить тамошних пиратов, а заодно борьба с Хазарией. Уже выйдя в море с войском, добравшись до Тамататхи (Тамань), Игорь до последней минуты колеблется: пройти ему через Хазарию как союзнику или объявить войну ей? Своему войску он заявляет: «На этом море была пролита кровь русских купцов и их спутников-викингов, и мы принесли их убийцам свою месть!» Но почти тут же он направляет отряды на «племена и владык», на города, в том числе расположенные за три дня пути от моря, а значит, едва ли способные быть пиратскими гнездами. Теперь у него уже другая цель: «Пусть прибрежные народы узнают, какова сила Руси, а их владыки задумаются, стоит ли иметь столь грозного и беспощадного врага». «Он вначале устрашит их, повергнет в ужас и лишь потом, как друг и защитник, обоснуется на каспийских берегах». Как мы видим, у него далекоидущие политические цели, которые он собирается достичь путем широкого грабежа и террора. Тот момент, что поход служил интересам и Хазарии, и Византии, у автора опущен: возможно, он об этом не думал, но, судя по всей его идеологической направленности, и мысли не допускал, что Русь может сражаться за интересы своих вечных врагов.

Пребывание дружины на Каспии описывается длинно и подробно и состоит из трех больших эпизодов. Первое: поиск русами разбойничьих кладов в очень тайных хранилищах и сражения в горах с разбойниками. Население целых прибрежных областей выведено (или хотя бы объявлено) сплошь занятым разбойничьим промыслом, ради чего следует уничтожать и волков, и волчат.

Второе: правитель Ширвана, Дивдад, дает русам сражение, имея 30 боевых кораблей, более 500 мелких судов, 3 тысячи воинов ширванской гвардии и 12–13 тысяч ополченцев. Вполне солидные силы, то есть русам противостоят люди, мало им уступающие. «Гвардия владыки Ширвана состоит из отборных, закаленных воинов, с которыми нам придется сражаться на равных».