Книга Путь серебра, страница 136 – Елизавета Дворецкая

Сидя на лавке, Свен глядел в темную стену напротив – там мерцали на длинной полке серебряные кружки и блюда, были развешаны цветные кафтаны из его добычи, чтобы завтра гости подивились богатству молодой семьи. Но сокровища его не занимали. Свен с нетерпением думал о завтрашнем дне. Сначала к ним придут гости – все окрестные молодухи, принесут Вито в подарок горшки с кашей, зерном, принесут живых кур. Опять будут его расспрашивать про сарацин и булгар, но он был готов все рассказать словенским молодухам с самого начала, лишь бы первый пир Вито в ее собственном доме прошел хорошо и весело. Серебро на полке, узорная шелковая занавесь у лежанки, полные разным добром лари у стен – все это радовало его лишь потому, что Вито получит достойное окружение. Не скажет, что он силой увез ее из дома и от родных, чтобы ввергнуть в бедность и бесчестье.

С тех пор как вывели корову, изба переменилась. Пол засыпали свежей соломой. Уже перенесли все пожитки, приданое Вито, постельники и всякие настилальники, лари и посуду. Вечером, как стемнело – темнота в эту пору приходит рано, – все родичи явились на новый двор. В избу первой вошла Илетай – хорошо, что в своей семье есть беременная, – за ней Велерад внес дочку. Глядя на него, Свен прямо видел, как вскоре тут заведутся его собственные дети. За ними вошла Вито – новая хозяйка, для нее по соломе расстелили белое полотно, и она по пути через избу, смеясь, разбрасывала горстями пшеницу и шеляги. Вон они, поблескивают в свежей соломе. Свен усмехнулся: по серебру ходить будем! Потом Альмунд внес огонь, а Радонега – дежу с тестом. Дежа вон стоит в красном углу, огонь пылает в печи. Теперь здесь есть все – огонь, хлеб, дух богатства и плодовитости. Осталось ему, хозяину, провести здесь ночь, и завтра в ожившем доме можно принимать гостей. И хозяйка придет, чтобы наконец остаться. Прошло то время, когда Свен смотрел на Вито как на ребенка, – теперь его бросало в жар при мысли, что уже вот-вот эта юная госпожа станет ему истинной женой. Для их второй по счету брачной ночи меч по имени Страж Валькирии уже не понадобится. Вон он висит на стене, поблескивая серебром в рукояти, словно тоже рад, что обрел собственный дом.

Кто-то снаружи толкнул дверь, но та была заперта. Свен сбросил ноги со скамьи и по шуршащей соломе пошел открывать. Не удивился: хирдманы едва ли стали бы его тревожить в такую важную ночь со своими делами, но Годо наверняка уже соскучился. Почему бы не посидеть здесь вдвоем, этого обычай не запрещает, а время быстрее пройдет. За время похода братья так срослись, что по отдельности чувствовали себя неуютно.

Свен распахнул дверь, но поначалу никого не обнаружил – на той высоте, где он ожидал увидеть лицо брата, была пустота. Тогда он опустил взгляд и приметил кое-кого куда ниже ростом.

— Это я, – смущенно улыбаясь, сказала Вито.

В полутьме ее глаза были черными, но в них искрилось то же веселое лукавство, так цеплявшее за сердце.

Она знала, что ей еще не полагается ночевать в новом доме… но почему нет? Где хозяин, там и хозяйка. Поначалу предполагалось, что Свен проведет эту ночь один, но Вито, когда после угощения первой лепешкой, испеченной в новой печи, вернулась домой, в такую привычную избу Альмунда, не могла найти покоя. Она как будто забыла часть самой себя в новом доме – самую важную часть. Ее влекло к Свену, тянуло быть рядом с ним, поскорее войти в их общую судьбу. Желание это зрело в ней с того дня, как он вернулся, – поначалу робкое, а потом все более настойчивое. Чем больше она убеждалась, какого достойного человека боги послали ей в мужья в тот давний день у священной рощи Живы, тем сильнее ей хотелось поскорее завладеть им полностью, сделаться с ним одним целым, чтобы смело глядеть в глаза всему свету с гордым сознанием, что она – его истинная жена. Когда твой муж – сокровище, которому должны завидовать все женщины Хольмгарда, глупо сидеть одной, будто девица, даже лишнюю ночь. Ее пробирала дрожь волнения и нетерпения, дольше ждать казалось невыносимым. Вито чувствовала полную решимость заявить свои права как жены и хозяйки. Прямо сейчас. Уж слишком долго она ждала!