Книга Ворон Хольмгарда, страница 174 – Елизавета Дворецкая

— Ты не знаешь, у Тойсара есть неженатые сыновья? – шепнула Арнэйд младшему брату.

— Не знаю. А тебе зачем? Хочешь за них замуж? – Виги изумленно поднял свои темные брови.

— Я не хочу. Но он весь день так на меня смотрит, будто примеривается, выйдет ли из меня невестка.

— Если хочешь, могу спросить у Талая. Но откуда бы ему взять еще сыновей, когда его старушонка злобная померла?

Остаток дня Тойсар с сыном и отроками помогал Дагу строить, а женщины тем временем готовили ужин: ради гостя зарезали ягненка, жарили мясо и рыбу, запекали репу с солеными грибами, делали ржаные алабыши и тертыши с разной начинкой, варили кашу с луком.

Пока ели, говорили о разных незначительных вещах, но видно было, что оба старейшины напряженно обдумывают вопросы, которые друг другу задали. Арнор будто вознамерился оправдать свое новое прозвище – на его лице отражалась уверенность и непреклонность. Не так чтобы он любил Свенельда, Олава и прочих людей из Хольмгарда, но твердо знал, что никакого своеволия они не допустят, и у них хватит сил его подавить.

Но вот со стола убрали остатки ужина, поставили кувшин пива, серебряные и стеклянные чаши, сыр и лепешки на расписных блюдах.

— Вот что я скажу тебе, Даг, – начал Тойсар. – В ваших словах было много истины. Много лет мы жили в мире, и неразумно нам было бы ссориться с русами ради хазар, которых мы совсем не знаем, но о которых мало слышали хорошего, кроме их богатства… Но если ради своей свободы и благополучия умереть – достойно славы, то умирать в погоне за богатством чужим – бесчестно… Простите, молодцы, я о вашем походе на сарацин не говорю.

Арнор и Виги ухмыльнулись, переглянувшись с Талаем.

— Я предпочел бы сохранить мир с Олавом и особенно с вами, – продолжал Тойсар, и Даг кивнул с довольным видом:

— Я знал, что твой ум и мудрость подскажут тебе верное решение!

— Но будет нелегко… – Тойсар запнулся. – Многие из наших людей настроены против вас. Говорят, то, что вчера случилось с Келе-болом, может завтра случиться с Арки-Варежем, Пиги-болом и любым другим селением, если его жители чем-то вызовут недовольство русов…

— Это ложь! – гневно бросил Арнор. – Мы не волки, чтобы кидаться на кого попало.

— Но трудно будет убедить в этом людей…

— И поэтому они сами полезут в пасть? У них есть хоть немного ума в голове?

— От напуганных людей, аля, трудно ждать мудрости…

— Все они понимают, что если боишься медведя, не стоит идти к берлоге и шуровать там жердью! Так почему с нами они обходятся по-другому?

— Я не меньше вашего хочу сохранить мир в Мерямаа! – заверил его Тойсар. – Я не могу выступить против Олава – моя родная дочь живет в доме Велкея. И это мне иные уже ставят в вину.

— Твоей вины тут нет, ати! – возразил Талай. – Если и есть чья-то вина, то моя – я проиграл ее Велкею…

— Что теперь говорить – такова была воля богов, и она свершилась. Я готов поддержать вас, Даг, и буду унимать людей, желающих раздора, насколько хватит моих сил. Но я должен знать, что и вы нас не предадите.

— Мы? – Даг впервые в жизни услышал обвинение в возможном предательстве и так удивился, что даже не обиделся. Это казалось ему настолько вопиющей глупостью, что даже не стоило серьезного отношения. – Как мы можем вас предать?

— Выступить на стороне Олава, если он… сделается нашим врагом.