Книга Нарисованная любовь, страница 52 – Анна Грекова

Дженни очень бы удивилась, узнав, что мысли её и Алисии совпадают в том, что касается мужчин.

Сильная!

Окрыленная таким открытием, Дженни весь день ходила счастливая.

Вечером приехали Артур, Роберт и Элиза. Дженни пожалела, что уже уехал Георг. Ей показалось, что Элиза надеялась увидеть его здесь. Дженни была очень приветливой с Артуром, и он сиял. Возможно, ему бы не понравилось, узнай он, что в её отношении была некая доля материнской нежности, пришедшей с осознанием, что её дитя нуждается в помощи и поддержке. Этим же женским чутьем она заметила, как наблюдает за ней Роберт. Это всё сказки, что он женится только на девушке своего круга, как они все думают. Нужно чуть-чуть изменить своё поведение в отношении его, и дело сделано. Может, насолить тете Энн? Она всегда относилась к Дженни слишком снисходительно. Да Бог с ней, с этой тётушкой Энн! Ей бы пережить весть о сближении её, Дженни с Артуром и о явном интересе друг к другу Элизы и Георга.

— Знаете что, — предложила Дженни друзьям, — приезжайте к нам погостить на несколько дней. Можно будет съездить в гости к Георгу, у него шикарное место для отдыха.

И увидела, как вспыхнули радостью глаза Элизы.

Артур приезжал часто. Принимали его радушно. Дженни ловила себя на том, что стала относиться к нему по-другому. За образом недавней мечты она разглядела скромного молодого человека, обаятельного и мягкого. Но с придуманным Артуром он всё же роднился и поэтому принадлежал только ей.

С последней почтой пришло письмо от родных. Вместо обычного объемного пакета, в котором подробно описывалось то, что связанно с поездкой, из конверта выпал тоненький листок.

Ани пробежала его глазами.

— О! — выдохнула она.

— Читай, читай! — запрыгала вокруг неё Дженни.

— Всего несколько слов. — Ани заговорщицки обвела взглядом Дженни и Эдвина.

— Не тяни! — теребила Дженни.

— Телеграммный текст: выезжаем домой. Остальное при встрече.

Дженни взвизгнула, прижалась к Ани и наткнулась на взгляд Эдвина.

Он стоял, опершись о косяк двери, и в упор смотрел на Дженни. Во взгляде — боль, неизбежность, обречённость.

Душа Дженни затрепетала, словно вырвалась из-под давившего груза, ожила, как будто получила разрешение воспарить вопреки принятому решению. Дженни поняла, что Эдвин смирился с визитами Артура, прогулками Дженни с ним наедине и думал: это самое страшное. А, оказывается, есть ещё возвращение её отца и новый шаг в отношении с Артуром.

Прежняя волна захлестнула Дженни. Отстранившись от сестры, она бросилась к Эдвину, прижалась к нему. Тут же к ним присоединилась Ани, радуясь, что все довольны возвращению родителей.

Дженни вновь потеряла покой. Она ничего не могла поделать с собой, не сводила с Эдвина глаз, ждала неизвестно чего. Он делал вид, что не замечает этого. Дженни была несчастна, вспомнила клятву Артура и на несколько дней отказала ему во встречах, сказавшись больной.

Ужин в доме Бреггов проходил, как могло показаться, в молчании, хотя Говард прибывал в благодушном настроении и не переставал рассуждать о предстоящих конных бегах. Он не обращал внимания на то, что Артур его не слушал, был сосредоточен и слегка напряжен, а если и поглядывал на отца, то как-то испытывающее. Алисия внимательно наблюдала за Артуром, не забывая кивать Говарду и изображать улыбку, иногда невпопад, чего никто не замечал. Она была заинтригована поведением Артура, пыталась разглядеть причину необычного поведения.