Книга Невеста князя, страница 44 – Арина Теплова

— Здесь. Оставьте меня здесь.

Асатиани кивнул и осторожно посадил ее. Он выпрямился и остался стоять рядом, положив руку на рукоять кинжала, висевшего у него на поясе. Софья удивленно взглянула на мужчину, ожидая, что теперь он уйдет.

— Благодарю. Далее я сама, – сказала она тихо, намекая, что хочет остаться одна. Но Георгий не двинулся с места и лишь пожал плечами. Девушка начала развязывать плащ. Эта ситуация до невозможности смущала Софью и, стянув с себя плащ, она, не выдержав, спросила: – Вы так и будете здесь стоять?

— Да.

— Но… – замялась она, ничего не понимая. – Вы должны уйти. Я хочу раздеться.

— Раздевайтесь, – пожал плечами Асатиани.

— Что значит это ваше «раздевайтесь»? – возмутилась Софья. – Вы что, не понимаете, что это неприлично, раздеваться мне перед вами?

— Ваши «неприличия» и стеснительность плохо кончатся, – отрезал он. – Что я голых девиц, по-вашему, не видел? Раздевайтесь и мойтесь себе на здоровье. Я останусь здесь.

— Это просто немыслимо, что вы такое говорите! – выпалила Софья нервно.

Амир обратил на нее недовольный серебряный взор и тут же глухо вспылил:

— Когда вам в темноте перережут горло, что здесь весьма вероятно, я посмотрю, что вы скажете! Или вы опасаетесь, что я наброшусь и иссильничаю вас? – добавил он уже ехидно.

— Ох, вы просто невозможно дерзки, сударь! – уже не в силах сдерживать свое негодование возмутилась она.

— Судари остались в Петербурге, Софико, – заметил Асатиани и как-то угрожающе наклонился над нею. Обхватив ее подбородок рукой, он заставил девушку посмотреть на себя и очень тихо произнес: – Здесь властвуют законы гор. И как житель этих гор я вам говорю, что опасно оставаться одной у реки. Я не трону вас.

Софья нервно скинула со своего лица его руку и обиженно поджала губки. Отвернувшись от него, девушка начала лихорадочно размышлять, что ей делать. Георгий говорил все очень убедительно и разумно. И, видимо, действительно оставаться здесь одной было опасно. Но она не могла перебороть свой стыд и раздеться перед малознакомым мужчиной.

— Я устал ждать, Софико, – заметил Асатиани через миг. – Если хотите мыться, раздевайтесь, если нет, я отнесу вас обратно.

Едва не плача, девушка вновь обратила на него прелестный просящий взор и пролепетала с мольбой:

— Хотя бы отвернитесь.

В следующий миг Георгий побледнел и что-то недовольно процедил по-грузински, окатив ее злым мрачным взором. Она поняла, что он ругается на своем языке. И после он, растягивая слова, произнес уже по-русски:

— Упрямая девица!

Бросив на нее последний гневный взор, он развернулся и направился прочь. Софья проследила, как он скрылся за невысокими кустарниками, которые росли в трех саженях от реки, и с облегчением вздохнула, понимая, что ей все же удалось изменить его решение. Она даже поразилась, что он сдался и уступил ей.

Девушка посмотрела по сторонам. Вокруг было тихо и темно. Лишь бледный свет луны озарял окружающее пространство.

Софья начала раздеваться и даже встала на больную ногу. Ступня ее и впрямь с каждым часом все меньше болела. Она проворно расстегнула платье и стянула его через голову. Затем сняла нижнюю юбку и короткую рубашечку, оставшись совершенно обнаженной. Оставив одежду на камне, Софья, взяла свой чулок, который предусмотрительно взяла с собой, и, осторожно ступая по каменистому берегу, медленно приблизилась к воде.