Книга Невеста Сфинкса, страница 119 – Наталия Орбенина

Соболев сжал пальцы в кулак, ибо такая мысль сверкнула в его голове:

— Так ведь без тебя, подлеца, ничего бы не состоялось! Ты ведь помог им, так?

— Я и не скрываю. Более того, я полагаю, что вы все должны быть мне за это благодарны. Ведь они точно младенцы, с ними обязательно бы дрянь какая-нибудь приключилась. Обманули, обокрали, да мало ли чего! Под моим же доглядом все прошло чинно и благородно. Я и в церкви шафером был, и гостиницу чистенькую нашел, и оплатил все расходы. Так что наши голубки не знают забот и совершенно счастливы. Нам надо радоваться их счастью!

— Но вам-то от этого какой прок? – изумился Аристов. – Мне грешным делом казалось, что вы сами не прочь сделаться женихом Зои!

— Вы правы, Зоя Федоровна кого угодно сведет с ума. Но после крайне неприятной для всех нас истории с фотографией я считал своим долгом найти способ оправдаться в ее глазах и в глазах своего кузена, ибо оба они посчитали, к слову, совсем напрасно, меня злодеем и подлецом. Что ж, пришлось усмирить свои чувства и помочь молодым. К тому же, дядя Викентий, я думал и о вас, и о драгоценной тетушке, беспокойстве, волнении, отчаянии. Что бы и впрямь было, если бы никто из нас не знал об их замысле? Где бы мы их искали и что бы сказали, когда нашли? А так вроде как детское дурачество, романтическое приключение, будет о чем рассказать внукам и вспомнить в старости.

Объяснения Когтищева показались собеседникам неубедительными, но в тот момент это уже не имело никакого значения.

— Я не допущу… Я оспорю законность… Я добьюсь развода! – выкрикивал рассерженный Егор Федорович.

— Зачем, позвольте спросить? – как-то особенно тихо поинтересовался Когтищев.

И Егор Федорович вдруг остановился и замер, словно его, распаренного и разгоряченного, облили ледяной водой. Все! Все свершилось, более ничего не изменишь. Зоя добилась своего счастья. Ему же остается только уповать на Альхор, на призрак любви в призрачном городе.

Сердюков покинул юную вдову совершенно озадаченный. История с фотографией, тайным венчанием… От всего этого веяло каким-то дешевым балаганом, глупым водевилем, в котором автор толком не знает, чего хотят его герои. Или наоборот, роли расписаны, сценарий продуман, но кто же автор? Кто подбросил фотографию? Почему ни старшие Соболевы, ни Аристов не хотели брака молодых людей, но никогда никто вслух не произносил подобных речей?

Зоя все время твердит, что отношение свекрови к ней изменилось. От почти материнской любви до плохо скрываемой враждебности. Что могло произойти в душе Серафимы Львовны, что она подметила в своей невестке? Вдруг обнаружилась гордость, бунтарство, стремление во что бы то ни стало доказать свою правоту, даже очень сомнительным способом? Но ведь сей поступок был совершен только во имя любви к Петру, во имя их грядущего счастья, которое наступило, пусть и на короткий срок. Но все же Зоя Федоровна добилась своего! Так, так, так…

Как получалось, что свадьба все время откладывалась? Разумеется, благопристойный повод – тяжелая непонятная болезнь матери семейства. Очень удобный ход, просто гениальный для того, чтобы медленно, невзначай посеять сомнение, разочарование у влюбленных, а ведь они так горячи, так нетерпеливы! Подкинуть в костерок сомнений гадкую фотографию и готово, помолвка разорвана! Но зачем, зачем все это Серафиме Львовне?