Книга Марианна. Книги 1-6, страница 717 – Жюльетта Бенцони

Чтобы избавиться от этого гипноза, она повернулась к только что снова показавшейся церкви и поспешила в укрытие ее паперти, где прижалась к двери, оказавшейся запертой, пытаясь найти местечко посуше. К несчастью, паперть не имела углублений, и дождь полностью заливал ее.

Гроза принесла значительную свежесть, и в своей промокшей одежде Марианна начала стучать зубами от холода. Она снова попыталась открыть главную дверь, затем другую, поменьше, но безрезультатно.

— Церковь всегда закрывают на ночь, — сказал тихий неуверенный голос. — Но если ты проберешься ко мне, тут не так мокро и можно дождаться конца грозы…

— Кто это говорит? Я ничего не вижу.

— Я. Я здесь! Подожди, я сейчас помогу…

Послышались шлепки по лужам, затем маленькая ручка взяла за руку Марианну. Она с трудом различила силуэт мальчика, судя по росту, лет десяти.

— Идем, — решительно сказал он и без дальнейших церемоний потащил ее за собой. — Под порталом школы места побольше, да и дождь не попадает с этой стороны. У тебя платье и волосы хоть выжимай.

— А как ты все это видишь? Я даже тебя еле различаю…

— Я хорошо вижу ночью. Анарелла говорит, что все коты мои братья.

— Кто это, Анарелла?

— Моя старшая сестра. Она сестра пауков и делает кружева!

Самые красивые и самые тонкие во всей Венеции!

Марианна рассмеялась.

— Ты ошибаешься, мой мальчик, если думаешь, что нашел клиентку! У меня нет ни лиарда! Но у вас забавная семья. Кот, паук! Прямо как в басне!

Пройдя несколько десятков шагов за мальчиком, она оказалась у входа в возвышавшееся справа от церкви здание. Молния осветила красивый фасад в стиле ренессанс и закругленные фронтоны, один из которых украшал лев Святого Марка. И как сообщил мальчик, двойной портал с колоннами, охраняемый скульптурами хищных зверей, представлял гораздо более удобное пристанище, чем у церкви.

Марианна смогла встряхнуть и немного отжать платье и отбросить за спину мокрые длинные пряди. Дождь, кстати, стал заметно уменьшаться. Мальчик молчал, но, чтобы еще услышать его свежий и чистый, как хрусталь, голос, она спросила:

— Должно быть, уже поздно? Что ты делаешь на улице в этот час? Тебе давно пора спать.

— Мне надо было выполнить поручение одного друга, — ответил мальчик, проявляя благоразумную сдержанность, — и меня захватила гроза, так же как и тебя… Но скажи, откуда ты идешь сама?

— Я не знаю, — ответила молодая женщина, внезапно напрягаясь, т — Меня держали взаперти в одном доме, и сегодня мне удалось сбежать. Я хотела войти в церковь, чтобы найти там убежище.

Наступило молчание. Она чувствовала, что мальчик разглядывает ее. Он вполне мог посчитать ее сумасшедшей, сбежавшей из больницы: вид у нее был подходящий, но он продолжал таким же спокойным тоном.

— Ризничий всегда запирает Сан-Заниполо! Из-за воров и драгоценностей! Там похоронено много господ дожей… и его поставили, чтобы их охранять, — добавил он, показывая на бронзового всадника, который, казалось, стремился в церковь.

Затем, внезапно понизив голос, он прошептал скороговоркой:

— Это возлюбленный тебя запирал или же… полиция?

Что-то подсказало Марианне, что ее юный собеседник проявит к ней больше симпатии во втором случае. К тому же сказать ему правду было просто невыносимо.

— Полиция!.. Если они снова схватят меня, я пропала! Да, ты же еще не сказал, как твое имя?