Книга Марианна. Книги 1-6, страница 223 – Жюльетта Бенцони

Наступило молчание, такое глубокое, что Фортюнэ зашевелилась в своем кресле.

— Портрет? — спросил Фонтен. — Какой портрет?

— Да как же, портрет мо…

Марианна спохватилась. Она чуть не сказала «портрет моего отца», а певица Мария-Стэлла не могла иметь ничего общего с семьей д'Ассельна. Она глубоко вздохнула и быстро заговорила: — Великолепный портрет мужчины, который мы видели сегодня утром — мои друзья и я — над камином в зале. Мужчина — в костюме королевского офицера.

— Мадемуазель, — хором ответили оба архитектора — уверяем вас, что мы не видели никакого портрета.

— Но ведь я еще не потеряла рассудок! — теряя терпение, вскричала Марианна.

Она не понимала, почему эти люди не хотели говорить о портрете. В волнении она обернулась к м-м Гамелен.

— Подтвердите, дорогая, что вы тоже его видели.

— Действительно, я его видела, — встревоженно сказала Фортюнэ. — И вы утверждаете, господа, что в том зале не было никакого портрета? Я ясно вижу его перед собой: удивительно красивый и благородный мужчина в форме королевского полковника.

— Клянемся честью, сударыня, — заверил Персье, — мы не видели его, поверьте, если бы мы там что-нибудь увидели, мы обязательно сказали бы вам. Все это достойно удив-| ления. Подумать только: портрет один в опустошенном доме.

— Однако он был там, — упрямо настаивала Марианна.

— Да, он был там, — раздался позади нее голос Жоливаля, — но теперь его нет!

Аркадиус, исчезнувший сразу после полудня, вошел в салон. Персье и Фонтен уже спрашивали себя, не попали ли они к помешанным, облегченно вздохнули и с признательностью обернулись к этой неожиданной поддержке. Тем временемj Аркадиус, как всегда любезный, поцеловал руки хозяйке дома и Марианне.

— Очевидно, кто-то унес его, — беззаботно воскликнул он. — Господа, вы уже договорились с… синьориной Мария-Стэлла?

— То есть… гм… Еще нет! Эта история с портретом…

— Не принимайте ее во внимание, — печально сказала Марианна.

Она поняла, что Жоливаль желал бы поговорить без посторонних свидетелей. И ей хотелось только одного: увидеть, как уходят эти двое, впрочем, очень симпатичные, и остаться: одной с друзьями. Она заставила себя улыбнуться и сказать; беззаботным тоном.

— Учтите одно: мое желание увидеть особняк в его прежнем облике неизменно.

— В стиле прошлого века? — пробормотал Фонтен с притворным ужасом. — Вы действительно настаиваете?

— Да, я настаиваю безоговорочно. Я не хочу ничего другого. Постарайтесь вернуть особняку д'Ассельна его первоначальный вид, и я буду вам бесконечно признательна.

К этому нечего было добавить. Оба архитектора попрощались, заверив, что они сделают все возможное. Едва они исчезли за дверью, как Марианна бросилась к Аркадиусу.

— Что вы узнали о портрете моего отца?

— Что его больше нет на том месте, где мы его видели, бедное дитя. Ничего не сказав вам, я вернулся на Лилльскую улицу, где поджидал, пока не уехали архитекторы. Я хотел осмотреть дом снизу доверху, потому что кое-что показалось: мне странным, в частности, эти легко открывавшиеся замки. И вот тогда я заметил, что портрет исчез.

— Но, в конце концов, что с ним могло случиться? Это же бессмысленно!.. Невероятно!

Горькое сожаление охватило Марианну. У нее появилось ощущение, что она действительно потеряла в эту минуту отца, которого раньше не знала и которого с такой радостью обрела сегодня утром… Оно было таким ужасным, это внезапное исчезновение.