Онлайн книга «Марианна. Книги 1-6»
|
— С чего вы начнете? — спросил Дюрок. — С арии Паэра. Она мне очень нравится. — Господин Дени будет очарован. Он очень любит Паэра, который, вы это, без сомнения, знаете, руководит придворным оркестром. — Господин Дени давно во Франции? — внезапно спросила с безразличным видом Марианна. Дюрок сделал большие глаза. — Но… да, с некоторого времени! А почему вы спрашиваете? Донесшийся со двора шум кареты избавил Марианну от необходимости отвечать, что было бы для нее не особенно легко. Дюрок тотчас вскочил и побежал к вестибюлю, тогда как она подошла к клавесину и остановилась спиной к двери. Невозмутимый Хассани заиграл вступление. Неожиданно отчаянная робость сковала Марианну, ей показалось, что пол уходит у нее из-под ног. Руки оцепенели, и пришлось их с силой сжать, чтобы унять противную дрожь, а по спине пробежал предательский холодок. Она растерянно посмотрела на бесстрастное лицо пианиста, и вдруг он ободряюще подмигнул ей. Снаружи доносились голоса, шаги. Надо было бросаться в воду, чтобы не испортить великий сюрприз Талейрана. Строгий взгляд стал повелительным. Марианна открыла рот и с удивлением услышала собственный голос: теплый, непринужденный, такой мягкий, словно страх только что и не сжимал ей горло: К нам счастье медленно приходит И как зарница исчезает! Всю юность, полную печали, Если я жил, то лишь мгновенье… Вся отдавшись пению, Марианна скорее угадала, чем услышала быстрые шаги по плиткам вестибюля, шаги, внезапно умолкнувшие за порогом. Больше она ничего не слышала, но ясно ощущала чье-то присутствие, чей-то взгляд. И странное дело, это присутствие не угнетало ее, а наоборот, принесло чувство освобождения от неприятной тревоги, оно было дружелюбным, успокаивающим. Все страхи исчезли как по волшебству. Голос Марианны наполнился неведомыми ей ранее теплотой и легкостью. Не первый раз музыка приходила ей на помощь. Она имела над Марианной неограниченную власть, беспрестанно обновлявшуюся, но неизменной сильную. И Марианна без сопротивления и без боязни отдавалась ей, ибо музыку и ее связывала искренняя любовь. Ни та, ни другая не могли изменить. Последние слова арии замерли, как вздох, на губах девушки: …Ошибки, радости, печали Ушли, осталась лишь любовь… Это был конец. Наступила тишина. Потупив глаза, Xaсани опустил руки на колени, и Марианна почувствовала, что владевшая ею благодать исчезает. Снова охваченная неожиданной робостью, она не решалась повернуть голову к, камину, угадывая там чье-то присутствие. Внезапно резкий голос нарушил тишину: — Восхитительно! Спойте еще, мадемуазель! Вы знаете «Радость любви»? Теперь она взглянула на него. Перед нею опирался на камин мужчина ниже среднего роста, довольно дородный, но не толстый. На нем был черный фрак, черный же галстук и белые кашемировые панталоны, на которых она с удивлением заметила черные штрихи и чернильные пятна. В том, что это, чернила, не было сомнений, так как ясно различались следы пера. Наряд завершали короткие английские сапоги с серебряными шпорами. Руки и ноги у г-на Дени были небольшие и изящные, а лицо просто очаровало Марианну. Она никогда не видела подобного! Цвета светлой слоновой кости, оно поражало классической красотой римской статуи. Короткие волосы, черные и гладкие, спадали прядями на лоб, оттеняя глубоко сидевшие серо-голубые глаза. Пронизывающий взгляд трудно было выдержать. В руках г-н Дени держал отделанную золотом черепаховую табакерку, которая служила ему, главным образом, для того, чтобы ее содержимым обсыпать свою одежду и все вокруг. |