Онлайн книга «Любовь и замки. Книги 1-2»
|
На самом деле эта почтенная шестидесятивосьмилетняя дама приходилась ему прабабкой по материнской линии, хотя и по отцовской ветви также являлась ему какой-то родней. Урожденная Мария-Франсуаза де Рошешуар-Мортемар, внучатая племянница госпожи де Монтеспан и великого Кольбера, мадам де Шале сначала была женой маркиза де Кани, от которого у нее появилась дочь, в свою очередь, теперь уже имеющая маленького внука. Овдовев в первый раз, она вышла замуж за своего кузена, герцога де Шале, испанского гранда, который стоял во главе всего семейства Талейран-Перигоров, восходящего своими корнями к самому Гуго Капету. Всем известно знаменитое обращение первого Капетинга к первому Талейрану: «Кто сделал тебя графом?»… и знаменитый ответ: «Кто сделал тебя королем?»… Все это воистину в духе этой благородной семьи, столь же гордой, сколь богатой титулами и землями. Однако сей род всегда подчинялся строгому девизу: «Ничего, кроме Бога!» (Очевидно, подразумевая, что выше них только Сам Господь). Итак… когда герцогиня де Шале встретила своего внука в старом фамильном замке на берегу Вивронны, она находилась в трауре по своему второму супругу, которого только что потеряла. Она была совершенно одна в этом огромном здании из серого камня. Не считая, конечно, целой армии прислуги, как то и подобает столь знатной даме, высокий ранг которой едва вовсе не лишил ее доброго сердца. Она очень скоро полюбит малыша, коего поспешили ей спихнуть, и даст ему то тепло и нежность, которых он был лишен все это время, но не балуя его сверх меры, ведь Шарль-Морис носит благородное имя. И он должен отдавать себе в этом отчет. Посмотрим же, что он пишет в своих «Мемуарах», воскрешая в памяти образ своей бабушки: «Мадам де Шале была исключительной личностью. Ее ум, речь, благородные манеры, мелодия ее голоса, во всем чувствовалось необычайное обаяние. Ей удалось сохранить то, что называли тогда умом Мортемара: это было ее имя. Я понравился ей; она окружила меня лаской, которую я доселе не испытывал. Она была первым человеком в семье, давшим мне любовь и доставившим мне счастье любить самому. Благодарности моей не было границ!.. Да, я ее очень любил. Память о ней мне бесконечно дорога. Как я сожалею, что ее нет больше рядом со мной!» Ниже он описывает жизнь в Шале. «Время, которое я провел в Шале, произвело на меня неизгладимое впечатление. Многочисленные господа самого знатного и старинного происхождения сформировали здесь нечто вроде двора моей бабушки, в котором привычки к разнообразию сливались с самыми высокими чувствами: господин де Бенак, господин де Вертей, д'Абсак, де Гурвиль, де Шоврон, де Шамиляр находили для себя удовольствие сопровождать ее каждое воскресенье к мессе, исполняя ради нее ритуал, продиктованный их благородным воспитанием. Возле скамейки для молитв моей бабушки находился небольшой стульчик, предназначенный для меня. По возвращении с мессы все направлялись в просторную комнату замка, прозванную аптекой. А в соседней комнате собирались все больные, которым требовалась помощь. Моя бабушка восседала в высоком бархатном кресле перед черным лаковым столиком. Воспоминания о первых годах моей жизни исполнены для меня самой глубокой нежностью. Ваше имя, как мне повторяли это каждый день, всегда боготворилось в нашем крае» |