Книга Кречет. Книга 1-4, страница 590 – Жюльетта Бенцони

Жиль бесшумно опустился на землю, привязал Мерлина под навесом рынка, взял из переметных сумок пару заряженных пистолетов и, проверив, хорошо ли шпага выходит из ножен, подошел к своему крыльцу тихо, словно кошка.

Незваные гости явились с дурными намерениями, в доме, кроме Понго, консьержа и недавно подобранного котенка, никого не было.

«Караманико, должно быть, умер», — подумал Жиль. Его волновала судьба Понго, в одиночку индеец не смог бы справиться со всеми убийцами.

Жиль не сомневался, что в дом к нему проникли представители того жестокого сицилийского братства, о котором рассказывал Поль-Джонс, люди, не признающие ни человеческого, ни божественного права, живущие по закону мести.

С пистолетами в каждой руке Жиль толкнул ногой тяжелую створку входной двери, она распахнулась — негодяи не заперли ее, стараясь избежать лишнего шума и оставить свободной дорогу на случай отступления. Бандиты работали быстро: несчастный консьерж лежал посередине своей каморки с ножом в спине. Бедняга не успел даже вскрикнуть.

Молодой человек быстро поднялся по лестнице — никого, в прихожей тоже никого не было, но Турнемин облегченно вздохнул, увидев свет в библиотеке и услышав повелительный голос, произнесший без итальянского акцента:

— Ты, индейская собака, где твой хозяин?

Последовал тихий ответ Понго:

— Мой не знать… хозяин уехать.

— Куда? Когда вернется?

Жиль осторожно заглянул в библиотеку: Понго стоял между камином и маленьким столиком, накрытым в ожидании хозяина. Человек в черной маске, в черном плаще и высокой черной шляпе береговых бандитов, надвинутой по самые брови, угрожал индейцу ножом. Двое других, как две капли воды похожих на первого, держали Понго за руки. Еще двое, всего бандитов было шестеро, спокойно наблюдали за происходившим.

— Ты не хочешь отвечать?

— Зачем, ведь я уже сказать, что хозяин уезжать. Он мне никогда не говорить. Его нет, это все!

— Отлично, тогда подождем. Вы там, поднимите тело консьержа, чтоб он его случайно не нашел. А тебя, индеец, я убью тихонько, так, забавы ради, чтобы скоротать время… А то слишком скучно…

— Тебе не придется скучать!

Жиль возник в дверях. Два пистолета одновременно выстрелили — человек с ножом, он, видимо, был вожаком шайки, упал, с ним вместе свалился на пол и один из тех, кто держал Понго. Быстрый как молния индеец кинулся на второго своего мучителя, ударом кулака повалил его, схватил со стены абордажную саблю и одним взмахом снес ему голову.

Молодой человек отбросил ненужные теперь пистолеты, выхватил шпагу: перед Жилем и Понго оказалось по два противника.

— Дельце кажется мне забавным, — крикнул Жиль. — Ты не ранен?

— Нет, Понго не ранен, а вот этот, он мертв! — добавил индеец, вонзая оружие в горло врага.

В ту же минуту и Жиль покончил с одним из своих противников. Оставшиеся со всех ног пустились наутек. Индеец хотел догнать их, но Жиль удержал его.

— Пусть отправляются к черту! Я полагаю, на сегодня они утихомирятся, — сказал Жиль, разглядывая поле боя.

— Много крови, — вздохнул Понго. — Ковер и кресло погибли. Отчистить невозможно…

— Какой же ты стал заботливой хозяйкой! — засмеялся Жиль. — В любом случае, это уже не имеет значения… нам больше ничего не нужно и в первую очередь не нужны наши глупые тряпки! — И Жиль концом только что вытертой шпаги подцепил белоснежный тюрбан, украшавший голову Понго.