Онлайн книга «Кречет. Книга 1-4»
|
— Ваша преданность Его Величеству похвальна и понятна, сказал он спокойно, — ваша жизнь действительно принадлежит королю, а вот жизнь вашей супруги принадлежит монсеньеру графу Прованскому. Жиль побледнел, но не от страха. Если бы он не боялся повредить Жюдит, он просто задушил бы сладкоречивого астролога. — Ее жизнь?! — переспросил он внезапно охрипшим голосом. — Неужели же этот несчастный, которого вы только что назвали громким титулом сына Франции, осмелится посягнуть на жизнь невинной женщины? — Это сильно огорчит его светлость, тем более что придется нарушить законы гостеприимства. Ваша жена очень любит ту, кого мы называем мадемуазель Жюли, и сама пришла искать убежища в Монтрей… — Она искала убежище в Монтрей? Я никогда не поверю этому! — Придется поверить. Узнав, что вы покинули ее ради свидания с королевой, ваша жена вспомнила о том участии, которое всегда встречала в доме графини, и, естественно, отправилась в ее поместье в Монтрей… — А ваш добрый господин, естественно, отправил ее в один из своих многочисленных замков. Великий принц, добрый принц! Но хватит об этом! Вот уже целый час вы ходите вокруг да около, скажите же наконец, что вам от меня надо? — Красный мешочек, вышитый руками самого кардинала. Мы знаем, что он носил его на груди рядом с нательным крестом. — Действительно сожалею, но у меня его больше нет. Я сжег его… — Сударь, вы принимаете меня за дурака. Конечно, вы сожгли мешочек, но его содержимое?.. Письмо… и портрет? Значит, и это известно! Уж не сам ли дьявол этот сын Франции! Как он мог узнать такие подробности, ведь в комнатах кардинала никого, кроме них, не было! Жилю захотелось перекреститься. Значит, правду говорят о стенах дворцов: у них есть глаза и уши. Он помнил, как однажды на дружеской пирушке рассказывал друг его Винклерид о тайных коридорах и лестницах, пронизывающих дворец, словно дырки гиерский сыр. «Если мне удастся выбраться отсюда и возвратиться на королевскую службу, — решил Турнемин, — я обязательно проверю это, поговорю с королевским архитектором…» Стараясь не выдавать свои мысли. Жиль спросил: — Допустим, вы правы, я повторяю, — допустим, но скажите мне, с какой стати личные дела кардинала стали интересовать его светлость? — Если личные дела кардинала могут погубить королеву, они, конечно, не могут оставить равнодушным брата короля. — Брата короля, неравнодушного к короне, — рассмеялся Турнемин. — Знаете, сударь, ваша история меня позабавила. Жаль только, что вы напрасно потратили время и подвергли опасности свое здоровье. Клянусь, у меня нет того, что вы ищете. — Я вам не верю… Жиль перестал смеяться и бросился на обидчика. Но тот с неожиданной ловкостью увернулся, подбежал к двери и забарабанил в нее, вторя стуку тонким испуганным голосом. Дверь моментально открылась, и только тогда де Моден осмелился повернуться лицом к Турнемину. — Не надо горячиться, господин шевалье, — произнес он еще дрожащим голосом, — но предупреждаю вас: или при моем следующем визите, скажем, дня через три, вы скажете, где находится интересующий меня предмет, мы знаем, что он хранится не здесь… — Его нет ни здесь, ни в другом месте. — Вам не удастся меня обмануть, мы слишком хорошо осведомлены… Или вы сделаете то, о чем вас просят, или… |