Книга Констанция. Книги 1-6, страница 31 – Жюльетта Бенцони

— Если бы это было так просто, я бы это уже вернул. Но на нашем роду лежит какое-то страшное проклятье: наши женщины умирают, не дожив до старости, а мужчины гибнут в схватках. Только я каким-то чудом дожил до седых волос и благодарю бога, что у меня есть трое таких хороших сыновей.

Виктор даже подбоченился, ведь старый Гильом не так ух часто отпускал похвалы.

— Мы поедем к дальнему лесу, — Гильом махнул рукой, указывая направление.

— Отец, но ведь нам придется ехать через земли Абинье.

— Эти земли наши, Виктор, запомни это. И пусть они боятся встречи с нами, а не мы должны бояться и опасаться их.

— Да, в их роду некому с нами состязаться, один лишь Робер. Ведь его братьев убил я. Он догадывается об этом и поэтому так страшно нас ненавидит. Но на суде он ничего не смог доказать. Был один свидетель, который видел, как я

Расправлялся с братьями, но и того уже съели рыбы, я его столкнул со скалы.

Младшие Реньяры держались поодаль. Жак достал из дорожной сумки кусок мяса и жадно жевал его, а Клод покусывал соломинку.

— Наш отец уже совсем выжил из ума, — негромко сказал Клод, обращаясь к Жаку. Тот согласно закивал головой.

— Он даже слышать не хочет о том, чтобы мы с тобой покинули дом. А как ужасно хочется куда-нибудь уехать! — сказал Клод и потер свою щеку. — А ведь мы могли бы разбогатеть, жениться, и все у нас было бы хорошо. Но он даже и слышать об этом не хочет. Да и Виктор становится все больше и больше похожим на отца, а ведь раньше он был не таким.

— Да, мы все меняемся, — рассудительно сказал Жак и сплюнул на стерню кусок непрожеванного мяса. — Он всех подозревает, готов убить каждого, кто проедет по его земле.

Но ведь это и наша земля, Жак, — заметил младший брат.

— Да, это так, но представь, если отец разделит ее на три части, нам достанется по маленькому клочку.

— Нет, нам на это даже не стоит рассчитывать, он все отдаст Виктору. Он старший, и он возглавит наш род.

— Какая-то дьявольщина! — нахмурился Клод. — Ведь так не хочется ни с кем воевать, ссориться, судиться! А если Виктор заменит отца, то все будет как и прежде.

— Ко мне, скорее! — вдруг послышался из тумана властный голос Гильома Реньяра.

Клод и Жак переглянулись, тяжело вздохнули и дернули поводья своих лошадей.

Гильом остановил лошадь у старого дуба, разбитого молнией.

— Вот от этого дуба, дети мои, и до самой реки все земли принадлежали роду Реньяров. Еще сто лет тому назад мы владели ими, а не какие-то Абинье и Нирвали, о которых двести лет назад никто еще и не слышал, потому что их предки копошились в навозе и были собственностью наших прадедов!

— Старик опять завел свою вечную песню, — прошептал Клод на ухо Жаку.

Тот согласно закивал головой, но в это же время угодливо смотрел на отца.

Виктор хмурился и ежился от холодного тумана.

— И на восток, до самого океана все земли тоже принадлежали Реньярам. Запомните это, потом расскажете это своим детям.

— Отец, а может быть, кому-нибудь из нас стоит пойти служить королю и тогда эти земли король вновь пожалует нам? — сказал рассудительный Жак.

— Что?! — воскликнул Гильом Реньяр, хватаясь за рукоять кнута. — Служить этим Бурбонам?! Да никогда! Ни за что! Это они отняли у нас все богатство, это они высосали из нашего рода всю кровь! А ты хочешь пойти служить этим мерзавцам?! Вот если бы кто-нибудь начал войну против короля, тогда я взял бы