Книга Интриги Марии. Книги 1-2, страница 183 – Жюльетта Бенцони

— Это же наша с вами дочь, Шарлотта-Мария, я вам сообщала о ней в марте месяце. Вы что же, не получили моего письма? – поинтересовалась она, зная, что у него не было на то ни малейшего шанса, поскольку она ничего не писала.

— Нет, не получал, но на дорогах все это время было столько неразберихи, что удивляться вовсе нечему. Так вы, значит, привезли мне дочь? – склонившись над мордашкой, прятавшейся в чепчике тонкого белого полотна с оборками, задумчиво произнес герцог.

— Ну да! Еще одну, но в том, что я все еще не одарила вас сыном, не только моя вина…

— Знаю, знаю… От этого она не менее желанна в нашем доме, а мы будем лучше стараться в следующий раз!

Была в свою очередь представлена и Эрмина, статус кузины давал ей право на поцелуй в лоб, после чего все направились к дому. Здесь, в большом вестибюле, ожидали своей очереди дети и те, кто за ними присматривал. Старшая, не по годам серьезная, – Луиза, высокая черноволосая девочка с голубыми глазами, в сопровождении гувернантки мадам де Ла Тур, занимавшейся одновременно и младшей Марией-Анной, уменьшенной копией старшей сестры, только в противоположность ей совершенно неугомонной. Они держались неподалеку от брата, маленького герцога Людовика-Карла де Люина, стоявшего подле своего гувернера мсье де Февра. Симпатичный мальчик, жгучий брюнет с красивыми темными глазами; когда он нетвердым шагом приблизился к Марии для поцелуя руки со словами «матушка моя», сердце матери затрепетало. Она не удержалась и склонилась, чтобы поцеловать его:

— Господи, как вы выросли, сын мой! Недалек тот день, когда вам вручат шпагу!

— Я прошу Бога, чтобы этот день поскорее наступил! Мне так хочется служить королю! – – И вы туда же! – вздохнула молодая женщина. – Вы же не из рода де Шеврез, чтобы с такого раннего возраста заразиться этим недугом.

— Мой отец разве им не болел?

— Увы, да!

— А почему «увы»?

— Это я вам объясню позже. Теперь же позвольте мне обнять ваших сестер. К тому же я им привезла еще одну, совсем крошечную. Ее зовут Шарлотта-Мария!

— Опять девочка! О, матушка, когда же наконец рядом со мной будет кто-нибудь не в юбке?

— Когда это будет угодно Господу, Людовик! Когда это будет угодно Господу!

Мария расцеловала дочерей, на некоторое время задержав на руках Марию-Анну, родившуюся в Хэмптон-Курте, воскрешая в памяти лицо того, сходства с кем этого светловолосого создания она так боялась, но природа милостиво хранила свои секреты от окружающих, и если Мария-Анна на кого-то и походила, то скорее на свою бабушку по материнской линии, Мадлен де Ленонкур, умершую вскоре после появления на свет Марии. Если малышка и родилась от Генриха Холланда, то сходство пока что не было заметно. С легким сердцем Мария вернула девочку няне, поблагодарив ту за отменный вид и самочувствие ребенка. Впрочем, с виду чувствовали себя хорошо все, отсутствия матери рядом не замечалось ни в чем. Этим она осталась весьма довольной – что может быть неприятнее детей, не перестающих хныкать и требовать свою мамашу? Если бы у нее были такие дети, она никогда не смогла бы осуществить те головокружительные прожекты, что были ею начаты, главным смыслом которых было возвращение себе утраченного места подле королевы!

Отдав Шарлотту и Симплисию на попечение мадам де Ла Тур – вдове лет сорока, обходительной и во всем сведущей, немного набожной и достаточно твердой, но не настолько, чтобы прослыть суровой, с тем, чтобы та занялась их обустройством, Мария в сопровождении Анны удалилась в свои покои, прихватив с собою и Эрмину, уверявшую, что ее лучше было бы поселить вместе с детьми.