Книга Интриги Марии. Книги 1-2, страница 132 – Жюльетта Бенцони

Это был в самом деле любопытный персонаж! Сорока пяти лет, черноволосый и черноглазый, страшный как черт, тощий как жердь и с резким характером, бывший воспитатель и нынешний управляющий принца, генерал-полковник корсиканцев, действительно прежде был воином. И в этом не было ничего удивительного, ибо он являлся прямым потомком настоящего героя! Он приходился внуком знаменитому корсиканскому патриоту Сампьеро де Бастелику, по прозвищу Сампьеро-Корсиканец, который хотел освободить свою страну от генуэзского ига, служил Франциску I, создав подле него первый полк островитян, задушил свою жену, Ванину д'Орнано, попытавшуюся изменить ему с врагом, и, подвергшись преследованиям со стороны ее братьев, в конце концов пал жертвой вендетты.

Сын Сампьеро, Альфонс д'Орнано, служивший сперва под началом отца, был выбран генералом вместо него и всю свою жизнь посвятил службе королю. Исключительно славная карьера привела его к маршальскому жезлу после выдающейся службы в правительстве Бордо, где он продемонстрировал безграничное самопожертвование во время чудовищной эпидемии чумы и выжил лишь благодаря своей глубочайшей вере в Господа. Человек поразительной храбрости, в возрасте шестидесяти лет он подвергся мучительной операции по удалению камней из почек, пережить которую ему было не суждено.

Камни явно были наследственным недугом, и Жан-Батист, только что преодолевший тяжелейший почечный приступ, знал об этом не понаслышке. Продолжительные боли были столь нестерпимыми, что он понимал, что его отец, чтобы избавиться от них, готов был пройти через что угодно, включая и нож в дрожащей руке хирурга. Жан-Батиста тоже никто не мог бы упрекнуть в недостатке мужества! Как, впрочем, и в недостатке набожности! Он так почитал Мать Христа, что отказывался спать с женщинами, носившими имя Мария, дабы не выказать неуважение к Пресвятой Деве! Его собственную супругу звали Екатериной, и он сделал ей троих детей без особых душевных терзаний.

Он как раз наслаждался своим выздоровлением и возносил пламенные молитвы своей заступнице, когда ему сообщили, что прибыли принцесса де Конти и герцогиня де Шеврез и желают говорить с ним по важному делу. От имени королевы!

Он знал обеих и, как большой поклонник женщин, обеими восхищался. Первой, с которой были связаны воспоминания о недолгом любовном приключении, несколько больше, чем второй. Вопрос возраста! Что до второй, то, уже давно мечтая уложить ее в постель, он воздерживался от каких-либо авансов, поскольку ее звали Мария… Поговаривали, что с ней легко договориться: что ж, не судьба!

Неловко было принимать их в халате, но у него не было времени даже послать слугу, чтобы попросить их немного подождать: они появились прямо вслед за лакеем, и от их мехов повеяло морозом с улицы (погода стояла студеная!) и изысканными духами. Хозяин тотчас оказался в центре настоящего вихря слов и улыбок.

Они дружно извинились за свое вторжение, объяснив его срочностью дела, и выразили сожаление по поводу того, что им пришлось его побеспокоить, хотя еще в прихожей им сказали, что он нездоров и никого не принимает. Когда ему удалось наконец вставить слово, он галантно заверил дам, что, если он и чувствовал какое-то недомогание, одно лишь их появление мгновенно излечило его. В действительности он уже сгорал от любопытства из-за произнесенного ими магического имени: имени королевы! И если гостьям угодно будет проявить снисходительность, он будет готов их выслушать!