Книга Женщины средиземноморского экспресса. Книги 1-3, страница 463 – Жюльетта Бенцони

— Честно говоря, я об этом не сожалею... Посмотрите, до чего красивый пейзаж!

В этот момент поезд следовал мимо живописной гряды холмов, покрытых каштановыми рощами, у подножия которых виднелась кромка морского берега, а начинавшаяся за нею морская гладь сверкала и переливалась под ослепительным утренним солнцем. Казалось, просто неправдоподобно оказаться в таком раю после серого неба и холода парижской зимы.

— Вы здесь впервые? – спросил Лартиг.

— Нет, но сегодня утром все это мне кажется особенно прекрасным. Даже не знаю, почему.

— Если позволите, это объясняется очень просто. Вы пережили тяжкие потрясения, а кроме того, вы только что избежали большой опасности. Однако вы молоды, красивы, полны очарования и жизненных сил, в чем, надеюсь, вы не сомневаетесь? Во всяком случае, Лазурный берег напомнит вам об этом.

— Вы, несомненно, правы.

— Но раз так, позвольте дать вам совет: когда мы приедем, дайте себе несколько дней для отдыха, расслабления, прогулок, прежде чем вы начнете реализовывать свою опасную авантюру... Нет, не прерывайте меня, я понимаю, что вы замышляете. И... я умоляю вас, обещайте, что отключитесь сперва от всего, вам крайне необходимы каникулы.

— Почему вы настаиваете на том, чтобы я обещала вам это?

— Просто потому, что я не в состоянии все время охранять вас. У меня будет много дел... и, кроме того, начинается карнавал. Забудьте на время о мадам Бланшар. Баронессе Арнольд не обязательно вести себя так как она.

Его озабоченность была столь неподдельна, что Орхидея почувствовала себя растроганной. К тому же она разделяла его точку зрения. Правда, это будут не совсем каникулы: ей предстоит изучить город и выследить там свою дичь. Но ведь всего этого не сделаешь за пять минут.

— Я обещаю вам, —. тихо сказала она.

— Благодарю. Вы облегчили мою душу от тяжкого бремени. Хотите еще чаю?

Рядом с вокзалом Ниццы пассажиров ожидали омнибусы и багажные кареты основных городских отелей. Лартиг направил лжебаронессу в отель «Эксельсиор Регина», отличавшийся подчеркнуто уважительным, старомодным стилем поведения персонала. Прощаясь с ней, Лартиг сказал:

— Я навещу вас сегодня после полудня, узнаю, довольны ли вы отелем.

— Как, вы меня не проводите?

— К несчастью, моя газета не настолько богата, чтобы обеспечить мое проживание в «Регине». Да это и не нужно: у меня есть кузен, который живет в старом городе. Вы помните о вашем обещании?

— Что обещано, то обещано. Приходите на ужин сегодня вечером!

— Приду, но не сегодня вечером. И благодарю вас, баронесса!

В действительности Орхидея была даже рада на время избавиться от дружеской опеки журналиста. Ведь трудно реализовать свой план, находясь под присмотром столь умного и недоверчивого человека, как Лартиг. Но ее отнюдь не обрадовало появление в омнибусе другого знакомого: поддерживаемый заботливым Игорем и одним из проводников, сюда вошел князь Каланчин, неестественно прямой, с совершенно мутными, непроницаемыми глазами. Он плюхнулся на сидение прямо перед ней. Не оставалось сомнений, что он намеревается поселиться в «Регине».

На вершине холма Симье располагалось несколько отелей. Отсюда открывался чудесный вид на старые кварталы Ниццы, ее сады и роскошные виллы, которыми были застроены набережные бухты Ангелов. А рядом с отелями, как бы придавленные их блестящим присутствием, располагались старая церковь с заросшим травою и кустами роз кладбищем, да какие-то благородные руины римских времен. Все это невольно напоминало о тех временах, когда Ницца считалась богатым и излюбленным богами городом и когда ее частенько посещали на отдыхе римские императоры.