Книга Женщины средиземноморского экспресса. Книги 1-3, страница 455 – Жюльетта Бенцони

— Вы должны были сообщить об этой находке в полицию. На этот раз я не стану поднимать шума, но свисток вы отдадите мне!

— Об этом и речи быть не может! Конечно, вы можете меня принудить. Но учтите, если вы сделаете это, завтра же в моей газете появится заметка о том, как я героическим образом задержал опасную преступницу, тогда как полиция любовалась произведениями искусства в музее неподалеку. Напротив, если мы договоримся по-людски... вы останетесь мною довольны.

— Это шантаж!

— Возможно. Но стоит ли торговаться из-за этого свистящего кусочка металла, когда я преподнес вам на тарелочке буквально королевский подарок?

— Пусть будет по-вашему! Забудем об этом! Итак, мадам, извольте следовать за мною.

Оказавшись в руках полиции, Пион хранила презрительное молчание. Но, покидая салон, она повернула голову и окинула Орхидею полным бессильной ненависти взглядом.

— Рановато праздновать победу. Не думай, что ты спасена. Я еще доберусь до тебя...

— Возможно! – признал Пенсон, – но теперь это случится очень не скоро. Не исключено, что вы получите пожизненный срок!

И полицейские вместе с арестованной направились на улицу, где их поджидала подъехавшая полицейская карета. Жители близлежащих домов были разбужены громким торжествующим насвистыванием мотива популярной песенки «Сезон вишен».

— Надо же, впервые вижу счастливых фараонов, – задумчиво проговорил Лартиг, запирая входную дверь.

Всего через несколько минут, усевшись за кухонным столом, журналист и Орхидея с аппетитом уминали ветчину, вареные яйца и жареные хлебцы с маслом, запивая все это добрым вином и не забывая о десерте из шоколадного крема. Луизетта, разбуженная шумом на кухне, была немедленно отправлена назад в свою спальню, тогда как Лартиг, насытив свой желудок, принялся заваривать по своей методе крепчайший кофе. Как бы между делом он заметил:

— Не знаю, что вы собираетесь делать, но на вашем месте я бы исчез из Парижа на несколько дней.

— Но зачем? Ведь благодаря вам мой враг арестован?

— Боюсь, что этот враг не единственный. Женщина, принесшая шоколад в Сальпетриер, вовсе не была китаянкой, а убийца вашего мужа все еще разгуливает на свободе.

— Кто рассказал вам все это?

— Мой внутренний голос. Я всегда знаю то, что мне необходимо знать. Единственное, что меня интересует, это информация. Так что поверьте мне: вам надо уехать отсюда!

Внимательно посмотрев на Лартига, Орхидея подумала вдруг, что он послан ей самим небом. Он внушал ей абсолютное доверие, и, кроме того, она хорошо чувствовала себя в его компании. Странно, общаясь с ним, она впервые за последние дни испытала исключительную потребность жить, находить маленькие удовольствия в таких незамысловатых вещах, как ужин в обществе симпатичного молодого человека, который явно не намеревался ее соблазнить.

— Возможно, я последую вашему совету, – бросила она, небрежно намазывая шоколадный крем на поджаренный хлебец.

— Браво! А вы решили, куда поедете?

— Что вы скажете о Ницце?

— Гм...

Помолчав немного, он продолжал:

— Скажите, эту мысль насчет Ниццы вам никто не подсказал?

— А что в этом странного? Зимой в Ницце очень приятно. По крайней мере, все так говорят, ведь я сама там ни разу не была.

— Думаю, что для женщины в глубоком трауре это не совсем подходящий выбор. Ведь вы попадете на карнавал.