Книга Женщины средиземноморского экспресса. Книги 1-3, страница 389 – Жюльетта Бенцони

— Я вижу, он вас быстро отыскал, – промолвила Орхидея.

— Да уж! Ума не приложу, как ему это удалось. Возможно, проболталась моя подружка Фернанда, а может, он это выведал у Гаэтано, с которым я давно знакома, мы с одного места с ним.

— Вы итальянка? – спросила генеральша.

— Нет, я приехала из Ниццы, там моя мама продает цветы. Но только это Григорию неизвестно. Он думает, что я дочь одного лионского фабриканта шелковых изделий, который якобы отверг меня, когда я захотела заняться театром. Слава богу повезло, что он не отправился прямо к нему, чтобы попросить моей руки!

— А сейчас-то мы его оставили именно в этом городе, и ему эта мысль может прийти в голову!

— Ну, мне это уже безразлично! Я хочу лишь одного: больше никогда его не видеть. Не думаю, что он сможет меня отыскать. Во всяком случае, это было бы крайне удивительно. Здесь никому неизвестно, кто такая Лидия д'Оврэй...

— Значит, это ваше ненастоящее имя? – спросила Орхидея.

— Меня зовут Репарата Гальола. Попробуйте-ка с таким именем сделать карьеру в театре!

— Но если вы возвращаетесь в Ниццу, то, значит, вы отказываетесь от сцены?

— Лишь на время, не более того! Я, возможно, найду место в Монте-Карло или в Италии. Во всяком случае, у меня есть деньги и я могу подождать. А Григорий, Григорий в конце концов вернется к себе в Россию. Но хватит обо мне! Я хотела только сказать, что никогда не забуду того, что вы для меня сделали. Вы, можно сказать, спасли мне жизнь!

— Вы так думаете? А мне кажется, что этот человек вас любит и он очень несчастен!

В ответ Лидия уж как-то слишком вольно пожала плечами и с некоторой развязностью бросила:

— Любовь, любовь! Так можно далеко уйти. Как вы меня представляете в образе важной русской дамы?

— А почему бы и нет! Элегантности вам не занимать...

— Да, конечно, я знаю, я могу пустить пыль в глаза на некоторое время, но потом все равно откроется, что мне далеко до породистых кровей. Григорий сам в итоге пресытится своей «голубкой». И что тогда, что будет со мной, затерянной в глуши степей?

— Ну вот, начинается, – сказала со смехом старая женщина. – А кстати, вам известно, что там теперь ходит поезд через всю Россию и Сибирь до самого Владивостока?!

— Этого для меня маловато! Мне нужно солнце или на улице, или на подмостках! Еще раз спасибо, госпожа принцесса! Очень сожалею, что вы так далеко уезжаете и у меня больше не будет случая повидать вас. Китай – это еще почище, чем Россия, но, по сути, вы поступаете точно как я: вы же возвращаетесь к себе? Я вам желаю счастливого пути... и много, много счастья!

Орхидея дала бы много, чтобы Лидия была более сдержана в излиянии своей благодарности и поэтому, когда не в меру болтливая мадемуазель собралась уходить, она испытала некоторое облегчение и стала готовиться к ответам на вопросы, которые вот-вот должны были на нее посылаться. Однако, к великому ее изумлению, госпожа генеральша не задала ни одного, она лишь с видимым удовольствием продолжала смаковать оставшиеся капли спиртного.

Затем она поднялась, чтобы откланяться и пожелать спокойной ночи хозяйке купе. А та, в свою очередь, не смогла удержаться и задала сама, возможно, неосторожный, но сильно мучивший ее вопрос:

— А как вы догадались, что я не китаянка, а маньчжурка?