Книга Волки Лозарга. Книги 1-3, страница 433 – Жюльетта Бенцони

Гортензия попыталась узнать, что Фелисия под этим подразумевает. Вопреки тому, что ей пришлось выстрадать из-за Батлера, и несмотря на постоянно исходящую от него опасность, мысль об очередном убийстве приводила ее в ужас. Но Фелисия не пожелала посвятить ее в детали своего плана.

— Эта часть плана касается только меня. А ваше желание обо всем узнать – еще одна причина, по которой нам лучше расстаться на некоторое время. Вы из тех, кто в последний момент вступается за преступника. Я закаленнее вас. Я просто вынуждена быть такой. В противном случае… представьте только, Гортензия, что будет с вами, с вашей жизнью и с жизнью того, другого, если Батлер появится однажды в Лозарге.

Гортензия молча опустила голову, потому что сама не раз обдумывала эту возможность. Однако ее расстроенное лицо вызвало у Фелисии улыбку:

— Мученица вы моя! Успокойтесь, нежная душа! Я сделаю все возможное, чтобы не произошло того, чего вы так боитесь.

И она уехала вместе с лже-Гортензией, оставив настоящую, облачившуюся в платье Марии, которое было ей немного велико, вкушать прелести обыкновенной чашки чая.

На следующий день Марика вернулась в своей обычной одежде, которую захватила с собой, и привезла некоторые вещи первой необходимости для Гортензии. А полчаса спустя Мария усаживала ее в карету во внутреннем дворике своего дворца, точно исполняя часть плана, предложенного Фелисией.

— Будет ли нескромно спросить, куда вы меня везете? – спросила Гортензия.

— Ну что вы, милочка! У меня есть небольшой домик за городом. Место тихое, дикое, вам наверняка понравится.

— Я не знала, что у вас есть еще один дом.

— Еще я владею замком в Богемии, но везти вас так далеко нет смысла. А этот маленький домик за городом я купила сравнительно недавно, и мало кто знает, что он принадлежит мне. Там живет пара проверенных слуг, вы быстро поймете, что они незаменимы.

До места доехали быстро. Пересекли городские укрепления, и почти сразу же показалась деревушка Гринцинг. По обе стороны улицы призывно распахнули двери кабачки, приглашающие отведать самые разнообразные вина. Кабачки эти содержали в основном сами сборщики винограда и, чтобы их дома заметны были издалека, украшали их шестами с еловыми ветками на конце. Карета выехала на узенькую дорогу, петляющую между виноградниками, и стала подниматься к замку Кобенцль.

Примерно на полпути к нему на зов кучера открылись ворота старинной виноградарской фермы. Солнце золотило коричневую крышу, из-под которой выглядывали побеленные стены и маленькие окошки с геранями на подоконниках. Вокруг дома росли липы, создавая приятную прохладу.

— Очаровательно! – сказала Гортензия. – Почти рядом с городом, и какая тишина!

— Она бывает обманчива. По вечерам при южном ветре слышны песни выпивох из Гринцинга, но это не так уж неприятно. Познакомьтесь: Людвиг и Эльза смотрят за домом, – добавила Мария, указывая на чету супругов средних лет, стоящих рядом с каретой. – Они будут ухаживать за вами, как за родной дочерью, так же, как они ухаживают за другим моим гостем…

— Еще один гость? Я буду здесь не одна?

— Нет! Я вас очень люблю и поэтому решилась нарушить его одиночество. Надеюсь, вы подружитесь.

Мария провела Гортензию в большой прохладный зал, пол которого был вымощен камнем, а стены облицованы деревом и керамикой. Перед небольшим секретером сидел молодой человек и что-то писал на листе белой бумаги. Одетый в светло-серый камзол, брюки из белого кашемира и белую сорочку, он низко склонился над письмом, его четкий, точеный профиль и короткие черные волосы четко выделялись на фоне окна. При виде двух женщин он бросил перо и подошел к ним.