Книга Флорентийка. Книги 1-4, страница 287 – Жюльетта Бенцони

— Посмотрим, что об этом скажет монсеньор герцог. Ты пойдешь со мной и объяснишь ему, что здесь произошло. Потом я пошлю за мессиром Кампобассо…

Донна Фьора, я прошу простить меня за оплошность.

Я пришлю к вам мессира Маттео де Клеричи, врача монсеньора герцога, и он перевяжет вашу руку.

— Не беспокойтесь, мессир Оливье! Рана не так глубока, и я сама позабочусь об этой царапине. Однако я очень признательна вам за ваше внимание и рекомендую вам этого храбреца, который будет совсем не лишний в армии монсеньора герцога: это мужественное сердце и сильная рука.

Она хотела только одного: остаться наедине с собой, потому что было невозможно поговорить с Эстебаном, но знать, что он рядом и охраняет ее, — было для нее большим утешением. Однако это не мешало ей испытывать острое любопытство. Какими судьбами кастильцу удалось попасть в бургундскую армию? Он успел сказать, что это случилось недавно, но что он делал предыдущие два месяца? Оставшись одна, Фьора съела кусок холодного мяса, несколько ложек варенья и легла, накрывшись накидкой вместо одеяла, которое она отдала Баттисте. Впервые за много ночей сон ее был безмятежен и спокоен, потому что молодости не надо много для того, чтобы чувствовать себя в безопасности. Ведь Эстебан оказался в нужном месте и в нужное время, а это значило, что Фьору охраняло само провидение. Но как раз эту помощь, которая пришла откуда-то к ней, Фьора не считала божественной помощью. Не потому, что она не верила — она не переставала верить никогда, — но потому, что ей казалось, что всемогущий вспоминал о людях только тогда, когда хотел подвергнуть их новым испытаниям и страданиям. Нет, если там кто-то и печется о ней, то это душа мужчины, посвятившего ей всю свою жизнь, Франческо Бельтрами, которого она всегда будет называть своим отцом.

На другое утро Баттиста принес много плохих новостей: Филипп де Селонже был ранен — правда, легко — во время вылазки, которую предприняли осажденные с целью помочь пройти конвою с продовольствием через северные ворота. Затем паж Вирджинио, которого Кампобассо в ярости хотел казнить, был спасен вмешательством самого Карла. Герцог сказал при этом, что он не вполне уверен, что все события происходили именно так и что попытки к бегству не было. Мальчишку отдали временно в руки армейского судьи, до тех пор, пока все не выяснится окончательно. Проливной дождь вызвал оползень, под которым погибла целая рота. Возмущение в армии было таким сильным, что едва не начался мятеж, а, по словам пажа, епископ Меца Жорж де Бад, который хотел, чтобы его брат — маркграф стал правителем Лотарингии, ходил по всему лагерю и призывал солдат сохранять спокойствие, утверждая при этом, что в их лагере полно продовольствия, а в осажденном городе его почти нет.

— А где же их пресловутый герцог Рене? Почему он не идет на помощь своей столице?

— Я полагаю, что ему этого очень хочется, но он не может. Сейчас он во Франции и просит помощи у короля Людовика, но тот вовсе не собирается разрывать только что подписанный в Солевре мир.

— Место главного маршала во главе своих войск, особенно если сражение почти проиграно. И я не могу понять, на что жалуются ваши бургундцы, им ведь только надо спокойно подождать, пока в городе все не умрут от голода. Разве это так трудно?