Книга На тринадцати ветрах. Книги 1-4, страница 704 – Жюльетта Бенцони

Они вместе провели рождественский сочельник, а потом отправились на полуночную мессу в маленькую деревенскую церковь, где к ним присоединились Роза и ее дочери. К сожалению, Александра с ними не было... Он приехал из Парижа несколькими часами раньше. Молодой человек плохо воспринял отъезд его «почти сестры-двойняшки», которую он судил с суровостью и бескомпромиссностью юности. Еще хуже он воспринял ее возвращение, и, что самое странное, королевский ореол, окружавший Элизабет, лишь вывел его из себя.

— Герцогиня Нормандская? Как удобно! И почему вы так уверены в том, что он не самозванец? — воскликнул он, когда мать попыталась вразумить его.

— Я верю слову Гийома Тремэна, в котором у нас ни разу не было оснований сомневаться, сын мой! И слову бальи де Сен-Совера. В этой истории замешано слишком много людей, которым можно доверять, так что не стоит сомневаться! Пусть даже для вас это испытание! Пусть даже это причиняет вам страдания, в чем я уверена! Неужели вы и в самом деле можете осуждать Элизабет, которую знаете лучше всех нас?

Роза говорила сурово, и Александр почувствовал, что гнев его ослабевает, так как он ощущал те внутренние страдания, которые его мать пыталась скрыть. Но он не намеревался сложить оружие.

— Осуждать ее? Нет! Но я больше не хочу ее видеть. Она ждет ребенка короля, который, возможно, никогда не наденет корону, а я плохо себе представляю, как преклоню колено и согну спирт перед той, которую до того злосчастного весеннего утра я надеялся однажды сделать своей женой. Нет, мама! Не требуйте от меня встречи с госпожой герцогиней Нормандской! Я не сумею сдержаться, и мне кажется, да простит меня Господь, что я смогу даже... да, смогу оскорбить ее! И, может быть, даже ее ударить!

— Что вы говорите, сын мой? Вы позволите себе такие крайности? Вы, чей отец погиб за наши убеждения под пулями революционеров?

— Я разделяю его убеждения, мама, и умру за них. И вам это отлично известно! Если бы Элизабет грозила опасность, если бы она нуждалась в защитнике, я бы стал им. Но пока речь идет о том, чтобы наблюдать, как она мечтает о другом мужчине и заботится о своем животе, на меня не рассчитывайте! Сегодня вечером я займусь вашими гостями вместо вас.

Александр торопливо вышел, и Роза не стала его удерживать. Несмотря ни на что, она была горда тем, что он отреагировал на эту новость как решительный мужчина, пусть даже этот мужчина страдал. А потом баронессе было приятно увидеть разочарование на лице Элизабет, когда ей пришлось рассказать молодой женщине об отношении к сложившейся ситуации того, кого она любила сильнее всего после Луи Шарля.

На эту рождественскую мессу пришли и Гийом с сыновьями, принеся с собой запах кожи и лошадиного пота. Они сразу заполнили узкое помещение храма, и местные жители не могли не отметить, что мужчины дома «Тринадцать ветров» мужают с каждым годом. Сначала был один Гийом Тремэн, потом появились Тремэны. Адам, не такой суровый, как его отец и брат, довольствовался в этой рыжеволосой троице местом, может быть, не слишком святого, но очень добродушного духа. Он тоже взрослел, менялся, его серебряный голос начал ломаться. Годом раньше он звучал восхитительно в рождественских гимнах. На этот раз он допустил несколько фальшивых нот, пытаясь взмыть вверх в светлых и торжествующих нотах гимна «Придите к младенцу»[53]. Это очень удивило и обрадовало маленькую Амелию: ее товарищ по сельским забавам скоро превратится во вполне пристойного рыцаря.