Книга На тринадцати ветрах. Книги 1-4, страница 650 – Жюльетта Бенцони

Когда они ворвались в спальню Лорны, они увидели, что та прижалась спиной к задернутым бархатным портьерам, бледная как полотно, с искаженным от ужаса лицом. Теперь она кричала, не переставая. Понимая, что произошло нечто из ряда вон выходящее, Китти подбежала к Лорне. К камеристке присоединилась и Белина, которая никогда крепко не спала. Женщины попытались уложить мисс Тримейн в постель, но та яростно отбивалась, крича:

— Только не в кровать! Только не в кровать! О нет! Только не этот ужас!

В пылу схватки ее тончайшая ночная рубашка разорвалась, обнажив ее тело. Заметив, что мальчики и Джереми Брент тоже вошли в комнату, Гийом подтолкнул их обратно к двери.

— Вы здесь не нужны! Отправляйтесь спать! Господин Брент, я должен попросить вас об услуге. Возьмите лошадь на конюшне и поезжайте за доктором Анбрюном.

— Но вы же знаете, что мисс Тримейн отказывается от его услуг. Его присутствие может лишь усугубить...

— Делайте то, что я вам говорю! И быстро!

— Я поеду! — прервал их диалог Артур. — Я лучше езжу верхом, чем он, и поскачу быстрее! Он не хочет вызвать неудовольствие Лорны, поэтому может нарочно задержаться в дороге! — с насмешкой добавил подросток.

Не прошло и пяти минут, как ночную тишину нарушил звук галопа. Тем временем, по приказу Гийома, Лизетта и Белина приготовили одну из гостевых спален. Туда перенесли Лорну, бьющуюся в страшной истерике. Разбуженная криками Клеманс Белек спустилась на кухню, чтобы согреть молока, которое очень хорошо помогало справиться с такими припадками, и вскипятить побольше воды, необходимой для родов. Они могли начаться в любую минуту. Стоны Лорны, которые сменили ее дикие крики, могли быть вызваны и схватками. На кухне Клеманс увидела Потантена, который тоже спустился вниз. Мажордом только прислушивался к суматохе, но не вмешивался.

Раздувая огонь, пока госпожа Белек наполняла большой чайник, Потантен заулыбался. И это поставило в тупик его старую подругу.

— Вы находите этот переполох забавным, Потантен? — спросила она. — Лично я с удовольствием осталась бы в постели. От этого дождя моя поясница снова дала о себе знать...

— Я думаю, что госпоже Аньес тоже не спится! Признаю, я был несколько удивлен тем, что после отъезда нашей малышки она больше не появляется. Думаю, это было связано с тем, что господин Гийом и мальчики устроили для англичанки нечто вроде карантина. Госпожа Аньес, должно быть, выжидала, ловила удобный момент, чтобы проверить, выдержит ли она такое.

Клеманс выпрямилась, вытерла руки о передник, потом с гримасой потерла поясницу.

— Клянусь моей святой покровительницей, как же противно стареть! Просто ржавеешь изнутри... И с чего это вы взяли, что покойная госпожа Аньес имеет какое- то отношение к этому происшествию?

В самом деле, после приезда мисс Тримейн в дом «Тринадцать ветров» начали происходить странные вещи. Первыми свидетелями появления покойной Аньес стали Потантен и госпожа Белек, словно умершая решила заранее предупредить о своем присутствии этих двух хранителей домашнего очага.

Не отводя глаз от огня, над которым он растирал пальцы, старик сморщился, и от этой гримасы его лицо, и без того похожее на физиономию висельника, приобрело откровенно дьявольское выражение.

— Вы разве не слышали, что бормотала мисс Тримейн? Она говорила о ледяной руке, которая схватила ее за ноги в постели, а еще об ужасном запахе. Госпоже Аньес, видно, совсем не понравился этот сегодняшний ужин в узком кругу. Может, ей захотелось отправить ее на тот свет до того, как она родит?