Книга На тринадцати ветрах. Книги 1-4, страница 601 – Жюльетта Бенцони

— Почему так важно, чтобы именно вы представили меня хозяйке дома? Она из вашей семьи?

— Нет, но я долго жил в Индии, а она там родилась, в Транкебаре, маленьком городке неподалеку от Пондишери. Она ценит эту деталь.

— Тогда, возможно, она оценит и меня, — проговорил Тремэн с видимым удовольствием. — Я провел много лет в Порто-Ново.

— Я зн...

Шотландец прервался на полуслове, но это не укрылось от его спутника, хотя Кроуфорд мгновенно поправился:

— Я предлагаю вам сказать об этом сразу же. Вы, разумеется, услышите знаменитую фразу «Я из Индии», которая стала частью ее репутации. Вы предупреждены! И не станете смеяться...

Склонившись в поклоне перед Катрин де Талейран, Гийом не скрывал своего восхищения. Он подумал, что такая красота достойна трудов, которые приложил ради нее супруг. Под копной белокурых волос, очень светлых, которые редко можно встретить, эта дама была воплощением совершенства: высокая фигура, достойная резца Праксителя, очаровательное лицо с маленьким вздернутым носиком и огромные глаза невероятного лазурного цвета. Эти глаза были бы неотразимы, если бы не их выражение, несколько напоминавшее коровье. Госпожа Талейран была к тому же изумительно одета и обладала потрясающим цветом лица.

Она приняла Гийома с еще большим энтузиазмом, потому что гости вокруг нее вовсе не толпились. Правда, госпожа Талейран не слишком от этого страдала. Пока ею восхищались и оставляли за ней прерогативы ее ранга, она была довольна. Но Тремэн, которого ей представили, имел счастье ей понравиться. Она задержала его подле себя, а Кроуфорд отправился к своей жене. Хозяйка дома долго говорила с Тремэном о Порто-Ново и обо всем Коромандельском береге, который она хорошо знала. В голосе Катрин де Талейран даже звучала ностальгия, которая завоевала симпатию ее собеседника. Гийом подумал, что общество, должно быть, несправедливо к этой апатичной и грациозной женщине, определенно доброй. Тремэн, разумеется, воспользовался случаем поговорить о шотландце, который был частью ее воспоминаний.

— Он человек щедрый и любезный, но утомительный. Ему не сидится на месте даже теперь, когда он начинает стареть. Мне не доводилось видеть столько жизненной энергии в человеке. Он всегда был готов нестись на край света, чтобы удовлетворить свои капризы или страсти. Но теперь из всех страстей у него осталось лишь поклонение Марии-Антуанетте, и он продолжает искать вещи, которые ей когда-то принадлежали.

— Готов ли он рискнуть жизнью ради... того, что было особенно дорого покойной королеве?

— Вне всякого сомнения.

Тремэн уже был готов уточнить, кого именно он имел в виду, но тут объявили, что ужин подан. Он отошел от хозяйки дома, чтобы найти своих друзей Лекульте.

Званый вечер закончился глубокой ночью. Играли в вист, как люди, которые питают страсть к этой игре, и Гийом очаровал хозяина дома, проиграв ему кругленькую сумму.

— Вы из тех людей, которые мне нравятся, господин Тремэн, — сказал Талейран, пожимая ему руку согласно моде, введенной англичанами. — Приходите к нам поужинать в узком кругу. Скажем, в среду? Я буду просто счастлив, если вы расскажете мне что-нибудь еще о вашей прекрасной племяннице!

Честно говоря, Гийом был совершенно не склонен к светским развлечениям и еще меньше склонности он питал к восхвалениям в адрес Лорны, главной причины его серьезных неприятностей. Но он принял приглашение с выражением глубокой признательности. Одному Богу известно, где он окажется через пять дней! Гийом решился следить за домом Кроуфорда и оставить это занятие только после того, как убедится в присутствии или отсутствии Элизабет в его стенах.