Онлайн книга «На тринадцати ветрах. Книги 1-4»
|
— Ну вот, – вздохнула она, – я пришла сказать тебе, что мне невыносима мысль о том, что мы могли бы расстаться с тобой вот так. В тот день я была просто потрясена, но… сейчас я вне себя еще больше! — Ну и как? Ты нашла нам способ освободиться друг от друга? Ты сказала, что пришла предложить мне кое-что. Так что же это? — Не отказываться от судьбы, которой угодно связать нас, вот и все… — А еще? — Я должна была оставаться в Мальмезоне все время, пока отсутствует сэр Кристофер, но вчера вечером я вернулась в Париж с сыном и Хелен Вильямс, которая оказалась понимающей подругой в большей степени, на которую можно было рассчитывать. Она и Китти займутся Артуром, и я смогу провести рядом с тобой те несколько дней, которые… отсутствие моего мужа позволят мне посвятить тебе. Если… если ты тоже этого хочешь. — Несколько дней… а ночей? — Нет. Только дней. Каждый вечер я буду возвращаться на улицу Святой Анны, но каждое утро я буду приходить опять, до того как. — Как он не вернется? — Да… Только, пожалуйста, не расценивай это как милостыню, как какую-то компенсацию! Я бы хотела, чтобы в эти часы мы попытались исчерпать все счастье, которое должно было выпасть на нашу долю на этом свете. Я пришла к тебе, чтобы любить тебя и чтобы ты любил меня. И когда мы опять будем разлучены, а это время наступит, и наступит очень скоро – потому что так нужно, – у нас останутся воспоминания. Они будут сопровождать нас всю оставшуюся жизнь и помогут нам пережить старость в ожидании смерти. Они сохранят теплоту в нашем сердце… Говоря эти слова, она медленно приближалась к нему, и голос ее становился все тише и тише, пока не опустился до шепота, и свои руки она положила ему на грудь. Он взял их в свои, чтобы крепче прижать к себе. Она была теперь с ним, в его объятиях, и он постарался отогнать прочь воспоминания о горестных днях, которые пришлось пережить ради этого сладостного мгновения и ради предчувствия тех наполненных счастьем дней, которые им предстоят. Что можно ответить этим глазам цвета моря, полным мольбы? Он прижал свое лицо к ее шелковым волосам, прикоснулся губами к нежной коже на хрупкой шее… — Я люблю тебя, Мари, – прошептал он, выдохнув эти слова из своего сердца. – Я никого не любил так, как тебя… Дни, последовавшие вслед за этим, были днями, полными страстной, исступленной любви, пережитыми в обыкновенной гостинице, затерявшейся в городе, охваченном безумием революционной горячки. Иногда они выходили на улицу просто ради удовольствия побродить по городу, взявшись за руки, где-нибудь перекусить или поесть мороженого у Годэ на бульваре Тампль, прислушиваясь к воинственным отголоскам оркестра, который пытался заглушить звук скрипки трубами и барабанами, или прогуливались в садах Пале-Рояля, этого клокочущего кратера, где обычно заканчивался путь всех манифестаций – и серьезных, и шутовских. Здесь упражнялись воинственные роты Национальной гвардии: треуголки и униформа смешивались со светлыми платьями девушек. Но чувствовалось, что пламя войны разгорается. Уже было объявлено, что «отечество в опасности», и на перекрестках устанавливали трехцветные подмостки, откуда девушки и юноши агитировали противопоставить все свои силы, мужество и отвагу австрийским и немецким захватчикам, а также эмигрантам. На улицах братались, обнимались, горланили песни и даже слишком много пили, поэтому двое влюбленных, быстро устав от этого шума, стремились поскорее вернуться в прохладную тень своей комнаты, чтобы там любить друг друга… |